Забракованные

Не сдержавшись, Амелия громко выдохнула и шагнула обратно в коридор, спиной вперед. Кровь жарко прилила к лицу.

— Миледи! — Видимо, первой к выходу успела повернуться Лана.

Что-то стукнуло, будто кто-то заехал локтем или коленом по деревянной столешнице, проскрипели спешно отодвигаемые ножки стула.

Мэл отступила от двери и прижалась лопатками к прохладной поверхности противоположной стены. Она что, сегодня встала с кровати только затем, чтобы за кем-то подсматривать? Что за нелепые стечения обстоятельств?

Взлохмаченный Дрейден выскочил из столовой меньше чем через минуту, на ходу застегивая рубаху.

Заметив поросль кудрявых черных волосков на его груди, Амелия торопливо отвела взгляд. Не хватало еще, чтобы он подумал, что она его рассматривает."

"— Миледи… — Вид у бывшего лжедворецкого и правда был виноватый. Бросив пуговицы, так и не застегнув две нижние, он замер перед ней, глядя с некоторой опаской. Волнистая черная прядь взъерошенных не иначе как Ланиными пальцами волос упала на лоб, и мужчина нетерпеливо зачесал ее назад пятерней. — Амелия…

Абсурд ситуации зашкаливал. У нее вырвался нервный смешок, и Дрейден, приободрившись, улыбнулся.

Заискивающе, надо сказать.

— Миледи, Амелия, леди Монтегрейн, — зачем-то перечислил он все возможные к ней обращения, очевидно, так и не определившись, как будет правильно, учитывая то, что хозяина дома он звал на «ты» и просто по имени.

— Амелия, — подсказала она.

Если Мэл не ошибалась, при посторонних Дрейден и к другу обращался так, как следовало по происхождению и по должности. Сейчас же посторонних в доме не наблюдалось. Как и Ланы, которая, кажется, решила схорониться в столовой, пока буря не минует.

Но бури не было — был подкатывающий к горлу смех.

— Амелия, я прошу прощения. Наше поведение… — Он не договорил, прикусив явно припухшую от долгих поцелуев нижнюю губу. Помнится, обычно она у него была не настолько полной и яркой.

Что она могла ответить? Что негоже развлекаться с женщиной в хозяйской столовой? С другой стороны, та была не то что не против, а очень даже за. На насилие это точно не походило, и было бы глупо винить только одного из них.

Сказала:

— А если бы зашла матушка Соули или Дана?

Истерический смех продолжал подкатывать к горлу.

Разумом Мэл понимала, что не увидела ничего ужасного, однако не могла с собой ничего поделать — все еще неадекватно реагировала на физическую близость, даже если видела ее лишь со стороны.

Дрейден виновато пожал плечами и отвел глаза.

Ясно, о матушке Соули и о совсем юной сестре своей любовницы он не подумал.

— Мне нужно поговорить с лордом Монтегрейном, — поборов неловкость, Амелия озвучила то, собственно, ради чего и покинула свои комнаты.