Забракованные
Цикл: Перворожденный-Забракованные — общий мирВ тексте есть: вынужденный брак, любовь и магия, несчастный бракВ высшем обществе браки совершаются по расчету. Юной Амелии повезло: отец был так великодушен, что предложил ей выбрать из двух подходящих по статусу кандидатов. И, когда выбор встал между обходительным, улыбчивым Эйданом Бриверивзом, прекрасным, словно ангел, сошедший с древних гравюр, и мрачным Рэймером Монтегрейном, к тому же грубо обошедшимся с ней при первой встрече, девушка колебалась недолго.Откуда Амелии было знать, что за ангельской внешностью скрывается чудовище, которое превратит ее жизнь в ад на долгие пятнадцать лет? Могла ли она подумать, что со смертью мучителя ничего не закончится?В высшем обществе браки совершаются по расчету не только в юности. Вдова с блестящей родословной представляет ценность и после тридцати, а приказы короля обсуждению не подлежат. Новый супруг Амелии — тот, кого она так сильно испугалась на своем первом балу. Ветеран войны, опальный лорд, подозреваемый в измене короне, — Рэймер Монтегрейн, ночной кошмар ее юности.
— Я правильно тебя поняла? Не бил, не кричал, не уволил — сказал, что разочарован и выставил из комнаты?
— Да-а-а! — с новой силой залилась слезами Дафна.
А Амелия беззвучно выругалась, провела ладонью по лицу и тут же зашипела от боли — забыла про свой сожженный нос.
— Чего ты рыдаешь?! — не выдержала, наконец.
— Мне жалко Олли-и-и!..
Тьфу ты. У Мэл просто не нашлось слов. Может, ей тоже сказать, что она разочарована, потому что не знала, что ее служанка и возлюбленный у той такие ранимые?
А может, накричать на нее и велеть немедленно заткнуться, уподобившись Эйдану?
— Я поговорю с лордом Монтегрейном и объясню, что произошло, — пообещала Амелия.
— Пра-а-авда, ми-и-и-ле-е-еди-и? — выдавила Дафна между всхлипами.
— Правда, — вздохнула Мэл, ещё не определившись, это мир сошел с ума или она сама.
Служанка рассыпалась в благодарностях, забрала поднос, оставив сметану, и, наконец-то, покинула комнату.
Едва за той захлопнулась дверь, Амелия поняла, что мучительно краснеет. Убил, уволил — о чем она только ни подумала.
Стало стыдно.
* * *
Амелия продержала сметанную маску на лице не менее часа.
С сожалением, что приходится умываться, а не накладывать на себя новый слой спасительной белой массы, Мэл убрала с лица остатки сметаны и переоделась. Хотела надеть купленное сегодня платье, но передумала — не время хвастаться обновками. Поэтому выбрала выстиранное Даной старое платье, заколола волосы у висков и покинула комнату.
Ужин она уже пропустила. Должно быть, зря — поговорить с мужем за столом было бы гораздо уместнее. Но ей не хотелось показываться ему на глаза с лицом цвета спелого томата, поэтому пришлось выждать.
Коридор второго этажа оказался пуст, и Мэл направилась по лестнице вниз, надеясь, что встретит кого-нибудь по дороге.
Ужин закончился совсем недавно, и она повернула в сторону малой столовой. Не ошиблась: одного из тех, кто был ей нужен, Мэл встретила именно там.
Дрейден сидел на своем излюбленном месте во главе стола, а на его коленях устроилась старшая горничная Лана. Форменное платье девушки было расстегнуто на груди, открывая вид на светлое белье и загорелое запястье мужчины, так как сама его кисть была полностью скрыта под темно-синей тканью платья. Юбка горничной также была задрана почти до самого пояса, обнажая молочную кожу бедра. Парочка неистово целовалась и, кажется, норовила отделаться от остатков одежды.

















