Забракованные
Цикл: Перворожденный-Забракованные — общий мирВ тексте есть: вынужденный брак, любовь и магия, несчастный бракВ высшем обществе браки совершаются по расчету. Юной Амелии повезло: отец был так великодушен, что предложил ей выбрать из двух подходящих по статусу кандидатов. И, когда выбор встал между обходительным, улыбчивым Эйданом Бриверивзом, прекрасным, словно ангел, сошедший с древних гравюр, и мрачным Рэймером Монтегрейном, к тому же грубо обошедшимся с ней при первой встрече, девушка колебалась недолго.Откуда Амелии было знать, что за ангельской внешностью скрывается чудовище, которое превратит ее жизнь в ад на долгие пятнадцать лет? Могла ли она подумать, что со смертью мучителя ничего не закончится?В высшем обществе браки совершаются по расчету не только в юности. Вдова с блестящей родословной представляет ценность и после тридцати, а приказы короля обсуждению не подлежат. Новый супруг Амелии — тот, кого она так сильно испугалась на своем первом балу. Ветеран войны, опальный лорд, подозреваемый в измене короне, — Рэймер Монтегрейн, ночной кошмар ее юности.
Начать уничтожать мирных жителей — дать аренорцам право сделать то же самое. После того, как остатки армии доберутся до Миреи, ничто не мешает противникам отправиться за ними и превратить ближайший к границе юг в выжженную пустыню.
Пока что расчет был именно на то, что, наконец убедившись в том, что мирейское войско более не дееспособно, Роннер Третий подпишет-таки мирный договор с королем Аренора. Когда ещё летали письма, отец писал Конраду, что аренорский правитель готов прекратить кровопролитие в любую минуту, если все мирейские войска покинут территорию его государства.
Правда, Роннер счел это слабостью и предвестником собственной победы. Идиот. И плевать, что так нельзя не то что говорить, даже думать про своего короля.
Так что тронуть мирных жителей — дать повод Эрику Первому передумать заключать мир с проигравшими.
— Договорился обменять двух наших лучших коней на пару их старых кляч.
Ушлый староста торговался как черт. Еле удалось сговориться. В тот момент Монтегрейну как никогда хотелось забыть про неприкосновенность мирных жителей и свернуть тому его цыплячью шею. Должно быть, старик таки что-то прочел в его глазах, раз согласился на предлагаемые ему условия.
— Лучший вариант в наших обстоятельствах, — одобрил счетовод, почесав в затылке и снова мысленно что-то прикидывая. Рэймер не стал уточнять. Не иначе, сколько получится продовольствия и на сколько его хватит, если в случае наступления голода забить на мясо и старых кляч. Монтегрейн уже тоже об этом подумал: два коня на мясо или два слабых коня плюс три телеги с овощами и заготовками.
— Дерьмо вариант, — в сердцах тихо высказался Рэймер. — Все варианты — дерьмо.
И ведь даже голос не повысить — услышат. Боевой дух и так на нуле, а если начнет сдаваться и тот, кто должен вести их за собой…
— Лорд Монтегрейн! Лорд Монтегрейн! — раздалось со спины из темноты.
Рэймер мысленно выругался. Хороших новостей он давно не ждал, а значит, снова стряслось что-то плохое.
Поднялся на ноги и повернулся к примчавшемуся к нему Генфри. Бывший член Зеленого отряда, входящий теперь в Синий, должен был находиться этой ночью в дозоре с более опытными товарищами, но отчего-то примчался в лагерь.
— Лорд Монтегрейн, там снова староста! Вас зовет! Там… — И мальчишка отвел взгляд, отчего-то покраснев.
— Что за?.. — начал за спиной Дрейден, но прикусил язык, когда Монтегрейн метнул в того тяжелый взгляд.
— Пошли, — ответил Рэймер Генфри. — Присмотри за ним, — кивнул счетоводу в сторону еще больше обычного сгорбившегося Конрада, никак не реагирующего на происходящее вокруг него.

















