Забракованные
Цикл: Перворожденный-Забракованные — общий мирВ тексте есть: вынужденный брак, любовь и магия, несчастный бракВ высшем обществе браки совершаются по расчету. Юной Амелии повезло: отец был так великодушен, что предложил ей выбрать из двух подходящих по статусу кандидатов. И, когда выбор встал между обходительным, улыбчивым Эйданом Бриверивзом, прекрасным, словно ангел, сошедший с древних гравюр, и мрачным Рэймером Монтегрейном, к тому же грубо обошедшимся с ней при первой встрече, девушка колебалась недолго.Откуда Амелии было знать, что за ангельской внешностью скрывается чудовище, которое превратит ее жизнь в ад на долгие пятнадцать лет? Могла ли она подумать, что со смертью мучителя ничего не закончится?В высшем обществе браки совершаются по расчету не только в юности. Вдова с блестящей родословной представляет ценность и после тридцати, а приказы короля обсуждению не подлежат. Новый супруг Амелии — тот, кого она так сильно испугалась на своем первом балу. Ветеран войны, опальный лорд, подозреваемый в измене короне, — Рэймер Монтегрейн, ночной кошмар ее юности.
Аура леди Боулер светилась неярким серебристым светом, однако ее способностей без усилий хватило и на то, чтобы осветить им путь, и на то, чтобы сорвать давно проржавевший навесной замок с по-старомодному оббитой кожей двери.
— Прошу! — Луиса распахнула дверь жестом фокусника. Правда, театральный эффект пропал, потому как она тут же вдохнула пыли и громко чихнула. — Пойдем, в общем, — проворчала леди Боулер, с досадой потерев свой миниатюрный вздернутый носик. Затем посмотрела на перемазанную пылью ладонь и мученически закатила глаза. — Ох и выскажу я ему. — Погрозила кулаком невидимому брату и снова чихнула.
— Девочки не справляются, — вступилась Мэл за горничных, входя на чердак вслед за бывшей хозяйкой этого дома. — Ничего себе! — не сдержала восхищенного возгласа.
— Так нанял бы больше слуг… — начала спутница, и прервалась. — Что там? А-а, ну да, тут здорово. Я обожала проводить тут время в детстве.
Чердак и правда был впечатляющим. В первую очередь, он был огромным: тянулся над всем домом и был уже второго этажа лишь потому, что его стены шли под углом из-за покатой крыши.
Мэл замерла, рассматривая чердачные сокровища: старая мебель, накрытая чехлами, сундуки, сложенные стопкой картины в старинных рамах, вешалки с давно устаревшей одеждой; одна, трехрогая, была завешена шубами, другая — карнавальными костюмами.
— Отойди-ка, — велела Луиса.
Мэл послушно отступила обратно к двери, а леди Боулер вытянула перед собой руки, переплела пальцы и выпустила дар. По помещению пронеслось серебристое, под цвет ауры своей повелительницы, свечение — и пыль исчезла, окна очистились, стало значительно светлее, а воздух стал свежим, будто тут только что проветрили.
— Ух… — Луиса покачнулась, вероятно, знатно спустив свой резерв, и ухватилась за рукав рыжей шубы на ближайшей к ней вешалке.
Мэл замаскировала смешок кашлем. Вещь и правда была очень… оригинальной. Особенно взгляд притягивали свисающие на ее плечах на манер эполет лисьи хвосты с белыми кончиками. Всмотревшись в это безобразие, Амелия передумала смеяться — бедные лисы. Как хорошо, что меха давно вышли из моды. Она бы точно не смогла надеть на себя шкуру убитого животного.

















