Забракованные

Джерри поднял с земли рубаху и быстро натянул на себя через голову. — Никогда его не снимай. У меня когда-то был кулон, оставшийся в наследство от матери, и… я его потеряла. И теперь очень сожалению об этом.

Мальчик серьезно кивнул."

"— Милорд тоже так говорит. — Одевшись, он сразу почувствовал себя увереннее. — Да я и не снимаю. Привык, он мне не мешает… Ой! — Джерри вдруг спохватился. — Сколько времени?! Отец меня убьет! — И правда, поход за яблоками затянулся. — Миледи, спасибо вам! До свидания, миледи! — выпалил подросток на одном дыхании, быстро сунул ноги в ботинки и сорвался с места.

Шеба, громко гавкая, побежала его провожать.

Мэл лишь приподняла на прощание руку, но улепетывающий гость этого уже не видел — умчался.

А она ещё долго стояла на тропинке и смотрела ему вслед.

Значит, ещё и маг…

Как же они влипли.

Глава 35

2 дня после окончания войны с Аренором

10 лет со дня свадьбы Амелии и Эйдана

Поместье Грерогеров, Южный округ, Мирея

Весь дом стоял вверх дном. Слуги, как очумелые, носились по лестнице вверх и вниз, беспрестанно курсируя от хозяйских спален на втором этаже на кухню или в погреба.

Лорд Грерогер только воздевал глаза к потолку и возносил богам неслышные молитвы.

Мэл усиленно делала вид, что не замечает недовольство отца.

А Эйдан… Эйдан был Эйданом и сводил всех с ума.

Молодой целитель, прибывший с уцелевшими остатками войска, рекомендовал лорду Бриверивзу не перемещаться в столицу порталом, пока силы его организма полностью не восстановятся, потому как резкая перемена климата может негативно сказаться на его здоровье. Сам же лорд Бриверивз рвался в Цинн в опытные руки целителя Досса, а не «какого-то там самоучки».

Амелия лишь приподняла брови, услышав, как муж называет бывшего личного целителя самого принца.

Но мудро смолчала. Тем более что сам тот, слышавший, как нелестно отзывается о нем пациент, и не подумал возразить — лишь вжал голову в плечи, пожелал всего хорошего… и был таков. Чем заслужил от Эйдана новую порцию брани.

— Воды мне, — мученически простонал муж, водрузив согнутую в локте руку на лоб, и прикрыл глаза, изображая нечеловеческие страдания.

Мэл молча покинула спальню.

То, что Эйдан не умирал, она прекрасно видела по ауре. Он знатно спустил резерв, ослаб из-за долгого плохого питания и надышался дымом так, что кашлял и спустя несколько дней после последнего боя.

Тем не менее прежней ненависти к нему в данный момент она не испытывала. Как бы Бриверивз ни был с ней жесток, вернувшиеся солдаты на перебой говорили о его героизме. Он держал щит, прикрывая их отход, и рисковал собственной жизнью.

Мог ли человек вроде Эйдана перемениться, увидев ужасы войны? Мэл давно не была наивна и сомневалась в этом. Однако он вернулся героем, тем, кто спас сотни жизней.