Забракованные

Вообще прекрасным, черт его дери!

Объявился возможный покупатель пшеницы — с ним они еще не сотрудничали, а потому Гидеон до него ещё не добрался. Получив около полудня письмо, Рэймер отправился на личную встречу с возможным клиентом в Монн. Обсуждали условия сделки почти целый день, сговорились, назначили новую дату встречи, пожали друг другу руки, вышли на улицу и… И тут подкатила Элиза на своем трехколесном экипаже.

Интересно, сама ломала или кучеру приплатила?

Обрадовалась «неожиданной» встрече, пожаловалась на судьбу. Обрадовалась еще больше, узнав, что человек, с которым Монтегрейн встречался, прибыл в Монн верхом, а не в экипаже и, к сожалению, не сможет ее подвезти домой.

Отыграла весьма талантливо, куда лучше чем за ужином. Видимо, когда она играла перед незнакомыми мужчинами, у нее открывалось второе дыхание.

Попробовал бы Рэймер послать ее туда, куда она заслуживала — к мужу и детям, — прямо посреди улицы, когда солнце уже клонилось к закату, на глазах своего будущего и подающего большие надежды на предстоящее сотрудничество делового партнера. А тот, как назло, так проникся историей бедной женщины, что уже был готов чуть ли не самостоятельно чинить ей это треклятое колесо.

В какой-то момент, кажется, даже Элиза испугалась, что очарованный ею незнакомец так и поступит, и поспешила ввернуть в разговор, что Рэймер с ее мужем большие друзья и она бы с удовольствием попросила у него приют на ближайшую ночь. А тот так смотрел…

В общем, между тем, чтобы потерять целый урожай пшеницы или потерпеть одну ночь в своем доме Элизу Форнье, Монтегрейн выбрал второе.

С клиентом ещё раз скрепили договоренность о будущей встрече рукопожатием и разъехались.

Пришлось еще и нанимать экипаж со всеми колесами, который доставил бы навязавшуюся гостью до поместья.

Знал ли он, что Амелия неправильно его поймет? Конечно, знал. Амелия, с которой и так черт голову сломит, как себя вести, чтобы она перестала видеть в кошмарах своего проклятого бывшего мужа…

Еще и Кристис удружил со своими осуждающими взглядами. Если бы Мэл сама не догадалась бы, какие у Рэймера отношения с гостьей, поняла бы сразу по поведению Дрейдена.

А для полного счастья, Амелия с Элизой оказались еще и давними подругами.

Так что прекрасный день стремительно полетел в бездну. И теперь осталось только разгребать последствия.

Он все ещё смотрел на женщину в упор, ожидая ответа.

Она сперва опешила, не ожидая такой реакции, потом попыталась обидеться. Правда, быстро сообразила, что на сегодня уже истратила весь свой актерский запал, и ответила коротко и без жеманства:

— Тебя.

Рэймер чуть не рассмеялся ей в лицо.