Забракованные

В отличие от другого берега, камней здесь почти не было, а под зеленой порослью скрывалась ровная сухая земля — подбирая место, Дрейден действительно продумал все до мелочей.

— Вино, кстати, домашнее, — уточнил Монтегрейн, вручая ей бокал. — Матушка Соули сама сделала.

— Яблочное! — сразу поняла Мэл, сделав маленький глоток. Вино оказалось и вправду некрепким и в меру сладким, приятным на вкус. Улыбнулась. — Есть хоть что-нибудь, что матушка Соули готовит невкусно?

Вопрос, по сути, был риторическим, однако Рэймер ответил, даже красноречиво поморщился.

— Капустно-рыбный пирог.

Поверь мне на слово, гадость еще та.

Амелия удивленно моргнула, представив себе это сочетание.

— Не помню, чтобы за время моего пребывания здесь она готовила его хоть раз.

Монтегрейн самодовольно ухмыльнулся и отсалютовал ей бокалом, прежде чем сделал глоток.

— Просто я очень просил ее больше его не делать.

Очень просил… Мэл, оценив ответ, снова пригубила вино.

— Что? — Он что-то опять прочел в выражении ее лица.

Она покачала головой. Не признаваться же ему, что ей безумно нравится его уважительное отношение к тем, кто на него работает?

Сказала другое:

— Как так вышло, что у тебя в доме служит целая семья?

Монтегрейн сделал новый глоток, перевел взгляд на воду.

Высокая трава у противоположного берега зашевелилась, и оттуда показалась уже знакомая им утиная семья, поплыла к середине озера, а затем, заметив гостей, поменяла направление и направилась к ним. Амелия тут же потянулась за пирожком, чтобы покрошить его уже до нее прикормленным кем-то птицам."

"Обуваться не стала, так и прошла босиком по мягкой траве, присела на корточки, аккуратно подобрав платье, чтобы не замочить, и принялась кидать уткам мелкие кусочки угощения.

— Муж Ланы работал в поместье помощником управляющего, — произнес Рэймер за ее спиной. Она бросила на него взгляд через плечо, но он сидел, крутя в руке свой опустевший бокал, и не смотрел в ее сторону. — Во время войны Монтегрейн-Парк остался без присмотра. Что в принципе происходило в стране, ты знаешь и без меня. Заработок сократился. Корона забирала себе почти весь урожай, опустошила конюшни. — Невеселый смешок и снова поворот бокала в пальцах.

 — Все на нужды армии, борющейся… — Амелия приподняла брови, внимательно слушая, но он не стал продолжать свою мысль. — Неважно. Начался голод. Люди стали отказываться работать, начали разграблять поместье. Пытались добраться до особняка…

Отряхнув руки от крошек, Амелия вернулась обратно на покрывало. Что-то подсказывало, что окончание этой истории ей не понравится.

— Старого управляющего убили в числе первых защитников дома. Он вел дела Монтегрейн-Парка ещё задолго до моего рождения.