Забракованные

— Мэл! — Крист заметил ее первой, и Амелия приподняла руку в приветствии. — Как у вас тут дела? Не заскучали? — И в свойственной ему манере поиграл бровями.

Амелия скорчила гримасу.

— Нам было чем заняться, — съязвила в ответ и лишь потом прикусила язык, поняв, как двояко прозвучали ее слова, по тому, как вытянулось лицо управляющего. — Что ты?.. — попробовала возмутиться невысказанным, но явно неприличным мыслям, написанным на его физиономии, но Дрейден весело заржал (смехом это можно было назвать только с очень большим преуменьшением) и на всякий случай отпрыгнул от нее, будто ожидал, что она погонится за ним и непременно чем-нибудь огреет.

Стоило, кстати. Вот же шут.

— Ты чего? — удивленно обернулась Лана, услышав взрыв хохота со стороны своего жениха. — Ой, миледи, — только сейчас увидела Амелию и уважительно склонила голову. — Простите, я вас не заметила.

— Все в порядке, — улыбнулась ей Мэл, а Кристу адресовала свирепый взгляд.

Тот заржал с новой силой — шут он и есть шут.

Амелия только махнула рукой на это безобразие и уже шагнула к крыльцу, когда двери особняка распахнулись.

Появившийся на пороге Рэймер сбежал по ступенькам вниз, и смех Дрейдена резко оборвался.

— Крист! Ну обещал же к обеду! Мне нужно, чтобы ты перечитал контракт.

Тот лишь как-то заторможенно кивнул и обернулся к Лане, тоже смотрящей на хозяина дома во все глаза. А потом вновь обернулся — порывисто, стремительно, с каждым мигом с все больше и больше расцветающей на его лице улыбкой — и прикипел взглядом уже к Амелии, словно спрашивая: «Это ты? Ты, да?»

Мэл улыбнулась в ответ, без слов отвечая: «Я».

— Эхе! — Улыбка Кристиса сделалась совершенно восторженной.

Лана смущенно потупилась, вероятно, не зная, как себя вести, пока ее будущий муж обнимается с ее же работодателем.

— А можно я и тебя обниму? — Крепко обняв друга и радостно похлопав того по спине, Дрейден выпустил его и повернулся к Амелии, широко разведя руки.

Мэл поймала на себе настороженный взгляд мужа и чуть смежила веки: «Все хорошо». Кивнула Кристу, и тот, словно сорвавшись с цепи, бросился к ней, подхватил за талию и закружил по двору.

— Опусти меня! — со смехом взмолилась Амелия.

Ей было смешно и ни капли не страшно. Мужские руки на ее платье — всего лишь руки, не опасность."

"Дрейден вернул ее на землю и отступил, все ещё сияя глазами. Его радость за друга была такой искренней, такой яркой, что Амелии стало даже несколько неловко — она никогда не умела выражать чувства так открыто.

— Рэйм, ты правда совсем-совсем здоров? — Кажется, несмотря на уже проявленную радость, Кристис все еще боялся верить своим глазам.

— Угу.