Забракованные

Приказываю арестовать этого человека и препроводить к месту допроса и последующей казни!

Эти слова ударили как обухом по голове. Мэл вздрогнула всем телом. Чем, оказалось, привлекла внимание Сивера.

— А вас, леди Монтегрейн, я прошу — заметьте, пока вежливо прошу — не покидать Монтегрейн-Парк в ближайшее время. Если ваш муж даст признательные показания, вы будете мне не нужны. — И хитро покосился на Рэймера, который уже вытянул руки, чтобы подоспевший с цепями воин мог защелкнуть на его запястьях браслеты с антимагическими камнями.

Амелия до боли закусила нижнюю губу.

Нет, она не сомневалась, даже ради нее он не сдаст Джерри — угроза бессмысленна.

— Я могу попрощаться с женой? — сухо спросил Рэймер, игнорируя очередную нападку наследника.

Тот дернул плечом.

— Пожалуйста. Я сегодня добрый. — И даже отошел на шаг, чуть не наступив на все ещё рыдающую на земле Лану."

"Рэймер повернулся к Амелии. Она судорожно сглотнула ставший поперек горла огромный ком. Размером с тыкву, никак не меньше — такие выращивали в отцовском поместье. Юг Миреи славится своими тыквами…

— Мэл. — Рэймер выглядел абсолютно спокойным, только чуть более бледным, чем обычно, но точно уверенным в том, что делает.

Он поднял руки, отчего цепи, соединяющие браслеты, зазвенели, и обхватил ладонями его лицо. — Помни, что я тебе говорил. Ты работала на СБ, тебя не тронут, если правильно себя поведешь. — Она только еще раз сглотнула не в силах ничего сказать. — Никому не нужна твоя жертва. — Рэймер улыбнулся краем губ, все еще удерживая ее лицо и с нежностью глядя прямо в глаза. — Я люблю тебя. Не делай глупостей. — Ее губы предательски дрогнули. А он поцеловал ее — в лоб, как в день бракосочетания, но на сей раз благословляя.  — Прощай. — И повернулся к принцу.

Внутри все горело, даже дышать было больно. Амелии хотелось вцепиться в плечи своего любимого мужчины и не отпускать. Выть и, как матушка Соули недавно, броситься в ноги, но уже принцу и молить его о помиловании. Сдать всех — себя, Джерри, весь мир, только бы спасти, удержать…

Поймала на себе взгляд Сивера — кажется, чего-то подобного он от нее и ждал.

Гордо приподняла подбородок и ответила холодной улыбкой. Не сдвинулась с места, только ногти до крови впились в ладони.

Принц недобро прищурился, но ничего не сказал, отвернулся.

— Коня арестованному! — приказал властно и шагнул к своему. — За тобой, милочка, пришлют позже, — бросил сгорбившейся у его ног Лане и, чтобы она наверняка поняла, что эти слова адресованы именно ей, ткнул ее в бедро носком сапога.

Кто-то особо смекливый подхватил оставленную без всадницы Гнеду и подвел ее к Монтегрейну. Тот спокойно перехватил повод. Не оборачиваясь и не споря, взлетел в седло, благо длина цепей на наручниках позволяла.