Феромон

- Что я должен сделать? Украсть, убить, кого-нибудь покалечить? Просто скажи имя, и я справлюсь голыми руками, - помогаю ей встать и сам поднимаюсь следом. - Для тебя - всё, что угодно."

"- Оставишь меня ненадолго одну? - не обращает она внимания на мою настойчивость, так и не ответив на мой вопрос.

- Конечно, - веду большим пальцем по её мокрой щеке. - Но только очень ненадолго. Иначе я умру от тоски.

- Иди, - открывает она запотевшую дверь душа. - Нет, стой!

Мычу недовольно, когда заканчивается этот порывистый поцелуй. Но она выталкивает меня на коврик. И зацепив с полки, кидает мягкое полотенце.

Я так и хожу с этим полотенцем на бёдрах, осматривая её уютное жилище, когда с тюрбаном на голове, как персидская принцесса, она всплывает в кухню.

- Я тут это, - дожёвываю я прямо у холодильника кусок холодной лазаньи. - Пока гонялся за тобой, так и не успел поесть.

- Не стесняйся, - щёлкает она клавишей чайника, но, подумав, снова его выключает. Правильно, зачем нам чай. Она оборачивается. - Может, тебе разогреть?

- И так сойдёт, - ободрённый разрешением, достаю всю форму с остатками еды.

- Виски, прости, нет. Но вот хорошее вино найду, - следом за мной она хлопает дверцей холодильника, тянется за бокалами, встав на цыпочки.

Спокойная. Уверенная. Домашняя. Незнакомая. Родная.

Сама орудует штопором - я не успеваю даже возразить. Сама разливает. И поставив передо мной бокал, взъерошивает мои подсыхающие волосы, укладывая их по своему вкусу.

- За знакомство? - не позволяю ей сбежать и насильно усаживаю на колено. Подаю бокал. - За тесное, обстоятельное, продолжительное близкое знакомство с перспективой карьерного роста.

- Звучит заманчиво, - улыбается она. - Но сильно не обольщайся.

- Обычно я поступаю с точностью до наоборот. Обольщаю. Но ради тебя сделаю исключение, - мелодично звякают соприкоснувшиеся бокалы.

И её холодными губами со вкусом бархатистой благородной сладости вина невозможно напиться.

Как много хочется сказать и как мало надо слов, чтобы выразить, что я чувствую. Я живу. Ей. Рядом с ней. Я такой как есть, неприлизанный, неидеальный. Жёсткий, колючий, сомневающийся. Но она со мной. Она - моя. Пусть сегодня. Пусть ненадолго. Может, не навсегда. Я не знаю, что нас ждёт завтра. Но за одну эту ночь, как сказал мой друг Дэйв, я бы пустил душу по ветру.

Отдал, растратил, прогулял. И отец мой тоже был прав: оно стоит того, когда вот так, не думая, что будет завтра.

Она закрывает глаза и, обхватив мою шею руками, кладёт голову в своём тяжёлом тюрбане на моё плечо. Уставшая. Измученная. Обессиленная.

И я бы остался, но украсть у неё ещё час-два от оставшегося сна - я же не зверь какой. И кстати, она не рыжая.

46. Эйвер

Я оставляю её в уютном гнёздышке из мягких подушек и свежих одеял, а сам остаток ночи мечусь по своей холостяцкой квартире.