Феромон

- Пф-ф-ф, - показательно давлюсь я водой из щедро выданной мне пластиковой бутылки. Стираю ладонью потёкшую по голой груди воду. - И о чём боль? Комитет по этике - это же не прокуратура. Откажись предоставлять информацию, если не хочешь ей делиться, да и дело с концом.

- Я, конечно, могу, - недовольно дёргает он головой. - Но, видишь ли, пока они меня ласково попросили. А значит, я могу предоставить только те результаты, утечки которых не боюсь. Но, если я откажусь и дело дойдёт до более весомых органов, они меня спрашивать уже не будут. Просто заморозят полученный на исследования грант и изымут все данные в силовом порядке.

- Ты думаешь, они найдут для этого основания?

- Я не знаю, - пожимает он плечами. - Но жопой чувствую, что это неспроста.

- Тогда предоставь, что считаешь нужным. Только я никак не пойму, что тебя беспокоит.

- Эйв, кто-то заинтересовался моими исследованиями, понимаешь? - сокрушённо склоняет он голову, запустив пальцы в длинные спутанные волосы. - И этот комитет по этике - просто первая ласточка. Информация ушла в эфир. И то, чего мы всегда боялись, стало, как никогда, актуально.

- Хочешь сказать, всё идёт к тому, что меня закроют как лабораторную крысу и станут ставить надо мной опыты? - делаю ещё глоток и протягиваю ему бутылку. Пусть хоть водички попьёт, что ли, успокоится, пока я подумаю.

- Именно это я и хочу тебе сказать, - он осушает ёмкость до дна, вытирает ладонью губы. - Кто-то не моими исследованиями, а тобой сильно заинтересовался, Эйвер.

- Перешли мне этот запрос. Я пробью по своим каналам, от кого он мог поступить. Потом будем паниковать.

- Хорошо, - поворачивается он к принтеру, из которого, кряхтя и поскрипывая, как раз начинает выползать лист с результатами.

- Что там? - Ох, не нравится мне его ошарашенное лицо.

- Сколько ты продержался? Неделю?

- Я не засекал. Работы было дохренища, чтобы ещё об этом думать. Но с того дня, как мы договорились.

- Слушай, у тебя точно всё нормально? - смотрит он озабочено. - Может, ты там болен чем?

- Смертельным? - усмехаюсь. - Слушай, Дэйв, не пугай меня. Просто работы много. Её всегда много, но тут как-то жёстко всё навалилось. А в остальном я здоров как бык.

Ударяю его легонько по плечу, но он словно не замечает, продолжая озабоченно пялиться в распечатанный листок.

- А может, ты стареешь?

- Дэйв, твою мать, - выхватываю результаты, но даже не утруждаюсь смотреть - один хрен ничего не пойму. Разворачиваю к нему лицом. - Что в нём?

- Уровень снизился вдвое, - складывает он руки на груди, нещадно сминая свой белый халат. - Представляешь, вдвое - всего за неделю.

- Так это же хорошо? Нет? Эффект Кулиджа, или как там его, работает. Новых самочек не было. Никого не хочу.