Феромон

- Не против тебя, а против «Визерикуса», - горло дерёт, осторожно делаю глоток, чтобы его смягчить.

- Да какая разница. Я - это «Визерикус», а «Визерикус» - это я.

- Тогда это иск и против меня тоже, - вроде получилось. Голос прорезался. - Против всей нашей семьи. И знаешь, если бы ты не решил продать компанию, что-то мне подсказывает, и иска бы этого не было. И так ли уж был честен с тобой Ривер, если решил обнародовать свои материалы именно сейчас? И почему именно сейчас, когда ты так уязвим? Когда всем игрокам на этом рынке выгодно, чтобы твои акции упали. Откуда он вылез?

- Ты говоришь прямо как твой босс, - усмехается отец. - Нет, хуже. Ты говоришь, словно заполняя пробелы там, где он что-то недоговаривает. Или недопонимает. Ему не хватает твоей эмоциональности. Он сухарь. А ты - масло. Вы дополняете друг друга, как бутерброд.

- А мне казалось, мы говорим о тебе, - забираю его пустую бутылку. Хотя, чего это я? Разве я не знаю, что о чём бы ни зашёл разговор, отец всегда сводит его к двум вещам: ко мне и к еде. - Принести тебе ещё?"

"- Спрашиваешь? Конечно, неси! - довольно складывает он пухлые руки на объёмном животе. Сколько ни борется с ним мама - бесполезно. Любит он вкусно пожрать и ни в чём себе не отказывать.

Я ухожу. Но не за пивом. Не только за пивом.

Пока я толкала отцу свою пламенную речь, мне вдруг пришла в голову мысль: а не связаны ли они, эти два дела. «Пайз» - неожиданно сделавший отцу предложение о покупке именно в тот момент, когда отец уже собрал документы для «Мерк». «Мерк» и так засомневался, а не переплачивает ли он. И тут так вовремя эта история с некачественной субстанцией, которая опустит активы отца на отметку, где предложение «Пайз», если оно останется в силе, окажется самым выгодным.

- Телефон абонента выключен или вне доступа сети, - бодро сообщает оператор.

Что за? Хант никогда не отключает телефон. Позвони ему в любое время дня или ночи, и он ответит.

- Телефон абонента...

Чёрт! Выходные, и он, конечно, мог отправится куда угодно. Но куда? И с кем?

«И что я должна отвечать клиентам, если они будут его разыскивать? А они будут!» - закипает во мне праведный гнев. Или ревность?

Одна Диана Солл уже позвонила три раза за вечер. И хоть именно её я с Хантом соединять и не собиралась, но как он мог меня не предупредить?

- Что-то случилось? - голос отца выводит меня из задумчивости, в которой я прихожу. - Ты вроде за пивом уходила.

- Чёрт!

Возвращаюсь к холодильнику. И, немного подумав, выключаю телефон. В конце концов, я тоже имею право на выходные. Вот пусть он сам теперь мне дозванивается, как хочет. И очень хочется верить, что я ему понадоблюсь.

- Кстати, Ривер должен заехать, - принимает отец у меня из рук запотевшую бутылку.

- Когда?

- В следующем году, - сокрушённо качает он головой, глядя как я туплю. - Сегодня, конечно!

26.