\

Но, видимо, прохожих на тракте было немного, поэтому банда, переживающая не лучшие времена, решила потрясти первого, кого послал им Всевышний.

— Здор-р-рово, парниша! — сплюнул себе под ноги мужик, когда пойманная в ловушку жертва тревожно заозиралась. — Слышь, а ты куда топаешь? Не в Парму, случаем?

Вэйр промолчал. При этом постарался сгорбиться, опустить голову и стать как можно меньше, чтобы выиграть для себя несколько драгоценных секунд. Да, трое на одного — не самый плохой расклад, который встречался ему по жизни. Кроме того, жирдяй выглядел не особенно подвижным и, судя по выражению лица, был излишне уверен в себе.

Стоял, опять же, удачно, в пределах досягаемости. Зато его сосед казался более напряженным и даже скованным, хотя дубину держал не в пример более уверенно. Тогда как последний из этой неприятной троицы остановился по правую руку от Вэйра и явно приготовился перехватить его, если тот попытается сбежать.

«Нехорошо, — подумал Вэйр, быстро просчитав варианты. — Лезть с охотничьим ножом на три дубины — самоубийство. А если еще мужик окажется бывшим воякой…»

От этой мысли он поежился, и, заметив этот жест, один из парней глумливо ухмыльнулся.

— Так, значит, все-таки в Парму идешь? Хотя куда ж еще: дорога всего одна… эй, а хошь, мы тебя проводим?

Вэйр, сглотнув, опустил голову и отступил на шажок левее, лихорадочно вспоминая уроки отца.

— Ты че, немой? — осклабился толстяк.

— Н-нет, — хрипло ответил Вэйр, облизнув пересохшие губы. — Только не убивайте…

— Не-а, — успокаивающе помахал дубиной щербатый. — Мы только проводим. Не ссы.

— Ага, — гулко хохотнул толстяк, подметив, как дернулся от этих слов юноша. — Проводить — эт мы могем! Хоть до Пармы, хоть до ельфов, а хоть до самого Всевышнего…"

"— Не богохульствуй, дурило, — внезапно подал голос главарь.

 — Словишь молнией по башке или язык тебе кто отрежет — враз отучишься бога поминать, когда не надо.

Жирдяй пренебрежительно фыркнул, но все-таки смолк. А потом, видимо, потерял терпение и повелительно ткнул пухлым пальцем в сторону нервно переминающейся жертвы.

— Че встал? Скидывай поклажу! Дальше мы сами донесем… гы-ы-ы… чтобы облегчить тебе жизнь.

Вэйр торопливо кивнул и, упорно смотря в землю, начал стягивать с себя заплечный мешок.

— Молодец, — с готовностью оскалился щербатый, жадно уставившись на добычу, которую Вэйр сжал в руках. — Послушный. Щас мы малость облегчим твою ношу, а потом, может, даже отпустим небитым. Да, бать?

Мужик вдруг глухо рыкнул, разом перестав лыбиться, и властно прикрикнул:

— Ну-ка цыц! Хватит болтать и давай его сюда! А ты, сопляк, кидай мешок и вали отсюда, если не хочешь заполучить в брюхе лишнюю дырку!

Вэйр, не став дожидаться продолжения, молниеносно распрямился, расправляя широкие плечи.