\

 — Ты убита!

Айра уставилась на него широко раскрытыми глазами, откуда разом ушла всякая жизнь, машинально приложила ладонь к груди, где вдруг стало оглушительно пусто, а затем смертельно побледнела и с коротким вздохом упала на каменный пол.

ГЛАВА 18

…Поздний вечер. Сумерки. Густой туман, укутывающий темный лес до самых верхушек. Мертвая тишина — словно туман, придя незваным гостем, вдруг выморозил в округе всякую жизнь и не оставил после себя ни звука, ни шевеления, ни легкого движения.

Ветер стих. Солнце давно ушло за горизонт. Луна пугливо спряталась за низко упавшими тучами.

Даже листья замерли в этой неестественной тишине, не смея шелохнуться.

Однако Айра этого не замечает — в ужасе распахнув глаза, она несется прочь, не разбирая дороги. Насмерть перепуганная, растрепанная, в перепачканной ночной сорочке, она быстро-быстро перебирает босыми ногами и все дальше удаляется от родного дома, где остались неподвижно лежать бездыханные родители и младший братишка.

Она не знает, что случилось, и не помнит, что разбудило ее в этот вечер, заставив слезть с полатей и осторожно подглядеть в щелочку между занавесками.

Не знает, почему в деревне наступила такая жуткая тишина и почему мама с папой неподвижно лежат на полу, мертво глядя в недавно побеленный потолок. Они не двигаются, не говорят. Кажется, даже не дышат. Рядом неподвижно лежит мальчишка с разбитой головой. А над ним нависают две рослые тени в длинных черных плащах и задумчиво изучают его обескровленное лицо.

Айра, глядя на них сквозь занавеску, в ужасе замирает, боясь, что ее тоже заметят и убьют. Дрожит всем телом, беззвучно плачет, понимая, что родных уже не спасти, а дождавшись, когда тени невесомыми призраками просочатся наружу, с тихим всхлипом бросается бежать.

"

"В свои двенадцать весен она маленькая, юркая и очень худенькая. Она надеется, что сумеет скрыться в густом тумане, но, проползая сквозь колючий плетень, неожиданно слышит сзади удивленный вскрик и в панике кидается в чернеющий неподалеку Охранный лес.

— Девчонка! — догоняет ее чей-то возглас.

Кричит мужчина — молодой и сильный. Но его лица она не видит: туман скрывает все. А заслышав позади тяжелый топот, с визгом несется прочь, с трудом продираясь сквозь колючие ветви.

И, каким-то чудом вырвавшись на свободу, стремглав мчится по знакомой с детства тропинке, по которой когда-то по сто раз на дню гоняла гусей на Зеленый пруд.

— Живо за ней!

— Да зачем? — лениво возражает преследователю голос постарше. — Совсем же малявка! Какой от нее прок? Кому она скажет? А даже если и скажет, то кто ей поверит?

— А такой, что на нее не подействовал Полог! — зло рычит молодой, заставляя второго осечься.