\

Айра быстро покосилась на снующего по кабинету Кера, который без зазрения совести изучал жилище собрата. Но Зорг, как ни странно, на вторжение не отреагировал. Даже напротив, соскочил со стола и принялся оживленно помогать, время от времени показывая свои самые сокровенные уголки и припрятанные на черный день кусочки вяленого мяса.

– А если первым для метаморфа станет человек? Что будет тогда?

– Ничего, – хмыкнул маг.

– Совсем?

– Ну, человеком метаморф точно не станет: для этого он недостаточно разумен.

Но когда такая встреча происходит, он чувствует, что мы сильнее, и инстинктивно принимает нас за возможных хозяев. Если человек будет достаточно терпелив и внимателен, то между ним и метаморфом образуется связь, которую со спокойной душой можно назвать эмпатической, поскольку настроение и эмоции друг друга они начинают воспринимать очень хорошо. А впоследствии – и команды. Но, разумеется, только тогда, когда изначально отношения закреплены по типу «хозяин – метаморф». В любых иных ситуациях звери становятся неуправляемыми и опасными.

– Надо же, – задумчиво произнесла Айра. – Я об этом не знала.

– В вашем случае это не имело большого значения, – улыбнулся маг. – Кера вы получили уже во взрослом состоянии, леди. Соответственно, основной облик он выбрал давно и новый вряд ли получит. К тому же он, как ни удивительно, все еще был готов иметь хозяина, поэтому так все и получилось… удачно. В противном случае он мог убежать. Или попытаться вас убить, защищая свою территорию.

Но он предпочел жить рядом. Быть может, для того, чтобы вы защитили его от многочисленных обитателей академии. В том числе и от магов.

Она промолчала.

А про себя подумала, что если ее видение было верным и новорожденный метаморф нашел ее в первый раз именно в Занде, то у него за семь лет было достаточно времени и возможностей, чтобы отыскать себе сколько угодно личин и обликов. Начиная с мышки или крысы и заканчивая каким-нибудь монстром, про которого она даже не слышала.

Другой вопрос, что этот факт в некоторой степени объяснял его быструю обучаемость и поразительную скорость при смене личин. А также то, что он с легкостью перекидывался из волка в маленькую мышку и обратно."

"Плюс, становилось понятным его умение без проблем менять пол с мужского на женский: выбрал-то он ее совсем соплячкой. Девчонкой, еще не достигшей совершеннолетия. Точнее, когда она была чем-то средним между бесполым ребенком и женщиной.