\

— Извини, что я тебя бросаю, но у меня просто нет сил. Разваливаюсь на части, как старая калоша.

— Я же сказала, иди, — Айра подтолкнула его в бок, отчего Бриер сдавленно охнул и, отмахнувшись от дальнейших расспросов, потащился в темноту, прихрамывая все явственнее и сильнее.

Она проводила его напряженным взглядом, а затем решительно тряхнула головой и быстрым шагом двинулась к оранжерее, чтобы успеть закончить еще одно важное дело. Она откровенно спешила, когда занималась со своими питомцами, не позволив Шипику долго себя лечить. Раньше времени высвободила из ладоней его иглы, потеряв при этом несколько капель драгоценной силы.

Торопливо извинилась за свою неаккуратность, скомканно попрощалась. И все с той же поспешностью покинула царство мадам Матиссы, успев это сделать за пару мгновений до того, как в голове раздался знакомый звонок.

— Раздевайся, — сухо велел Викран дер Соллен, когда она закрыла дверь. — Сегодня у нас много работы.

А потом все повторилось с точностью, как вчера. За тем лишь исключением, что Айра больше ни разу не позволила себе застонать и сопротивлялась не в пример дольше.

Ей даже показалось, что сегодня маг бил немного слабее, но, скорее всего, это был самообман, потому что к концу урока ее кожа перестала чувствовать что бы то ни было, а в глазах стоял кровавый туман. В результате урок затянулся далеко за полночь, маг снова добился, чтобы ученица трупом рухнула на пол. Какое-то время следил, как тщетно она пытается подняться, а затем с сожалением констатировал, что ожидал гораздо большего, и ушел, бросив напоследок ненавистное:

— Свободна.

ГЛАВА 19

С этого момента ее жизнь превратилась в кошмар.

Каждое утро — как мучительная пытка. Каждое движение — как подвиг. А каждое произнесенное слово — будто выдавленное палачом признание, сделанное под угрозой прижигания каленым железом.

Просыпаясь под звуки гонга, Айра со стоном сползала с постели, какое-то время обессиленно лежала на ковре, отыскивая по крупицам мужество, требующееся на то, чтобы подняться. Затем с трудом отрывала себя от пола и долго сидела, закрыв глаза и не замечая, как катятся по лицу невольно выступившие слезы.

Боль стала ее постоянной спутницей в эти дни.

С болью она пробуждалась, с болью же закрывала глаза.

Долгая, выматывающая, беспрестанно и безжалостно терзающая каждую клеточку тела… боль, от которой некуда было деться. Порой от нее перехватывало дыхание. Нередко сводило пальцы, крючило ноги. Иногда на глаза сами собой наворачивались слезы, а бывали моменты, когда Айра могла только лежать на полу и тихо выть, прижимая к груди покрытые синяками руки.

Викран дер Соллен стал ее кошмаром. Он вызывал ее каждый день, требуя раз за разом повторять заученные упражнения.