Фейсконтроль на главную роль

Приперла ночью, представляете? Пенсионерки после десяти уже все спят, а эта: Пальто черное, на башке платок намотан, очки, как у Дмитрия Сергеевича, боты на ногах. И воняло от нее! Вперлась и загудела: «Внучка больна, опухоль в мозгу. Продай палец!» И деньги мне протягивает. Я ей коробку, а бабка палец – хвать! Другие боятся, осторожно его разглядывают, взвизгивают, а она прямо без колебаний сцапала, повертела и вывод сделала: «Это эрзац. Где настоящий?» Понимаете, какая умная?

Я кивнула и продолжала молча слушать рассказ Сергея.

Пенсионерка отложила изделие из латекса в сторону и приказала:

– Неси настоящий!

Ясное дело, парень отказал. Тогда старуха начала давить на Сергея, рассказывать ему об ужасных мучениях, которые терпит ее внучка. И в конце концов парень заявил:

– Подлинный не отдам, а копию подарю. Да-да, не надо денег, забирайте даром.

– За здоровье ребенка мне рублей не жалко, – проныла старуха. – Ладно, уйду, но признайся: ты точно скопировал палец?

– Один в один.

– Может, врешь, со своей руки слепок сделал?

– Да посмотрите, – Сергей попытался образумить бабку, – у меня пальцы большие, а этот маленький, кривой. Такие только у пожилых бывают.

– Покажи подлинник, я пойму, что копия с него, и уйду спокойно!

Сергей заколебался, а старуха добавила:

– Иначе останусь тут, ты меня и с милицией не вытуришь. Не советую участкового звать. Небось лицензии на торговлю у тебя нет:

– Ушлая старушонка, – отметила я.

– Зараза! – в сердцах воскликнул парень.

– И как ты поступил?

– Пошел к деду, принес палец Скавронской. Так бабка, не поверите, лупу потребовала.

– Прикольно.

– К очкам ее приложила, изучила и мизинец, и копию, а потом говорит: «Хорошо. Забираю». Вот какие экземпляры встречаются!

– Бабушка, естественно, не представилась.

– Назвалась Татьяной Ивановной Ивановой.

– Замечательно!"

"– Ага, – хихикнул Сергей. – Но я уже привык. Одно не пойму, почему всех именно на Ивановой клинит? Никто про Петрову или Сидорову не вспоминает.

– Где-то я читала, что самая распространенная фамилия в России Васильева, – сообщила я, – ну да это неинтересно. А от кого старуха пришла?

– В дверь позвонили, я открыл. Гляжу, карга в пальто. Она на меня зыркнула и говорит: «Слышала, милый, ты имеешь мизинец Скавронской. Правда, что ли?» Ну и пошла потеха. А где адрес взяла, она не говорила.

– Можешь старухины приметы назвать?

– Бабка она и есть бабка! Я особо ее не разглядывал. Да еще, говорю, от нее воняло противно, типа гнилыми цветами, которые долго в вазе стояли.

– Ладно, – сдалась я. – Телефон не потеряй!

На улице неожиданно ударила жара. Я нырнула в машину и быстро завела мотор.