Герметикон

 — Слышишь?

— Двигатели вроде? — Шипхе пожал плечами: — От лагеря шум, наши, наверное…

— Это ""Азунды""!

Звук стал ближе, отчетливее, и у Хильдера задрожало веко.

Неправда, что бронетяги рычат одинаково. Опытный военный никогда не спутает мерное гудение ""Бёллера"" с натужным рёвом ""Доннера"" или игривым жужжанием ""Клоро"". И ""Джабрас"" от ""Доннера"" нормальный панцирник на слух различит, не спутает. Но с ""Азундами"" вояки, случалось, попадали впросак: огнемётные бронетяги строили на базе ""Бёллеров"", звук двигателя похож, но только не для Хильдера.

— ""Азунды"", — прошептал Ян. — Это ""Азунды"".

И его внутренности сжались так, словно их беспощадно сдавила чья-то тяжёлая рука в холодной железной перчатке.

— Огонь!"

"Приотская бронебригада состоит из десяти-двенадцати мехэскадронов, по четыре бронетяга в каждом, уже сорок машин. К тому же у моста стояла ""тяжёлая"" бригада, в основном состоящая из мощных галанитских ""Джабрасов"", против которых Шеро мог выставить лишь четыре ""Доннера"" и пять ""Бёллеров"" — только им удалось собрать полный боекомплект — да четыре ""Азунды"", на которые ушерцы делали главную ставку.

— Огонь!

В бой пошли исключительно добровольцы, но недостатка в них не было: разъярённые ушерцы мечтали отомстить землеройкам за чудовищное преступление. Винтовки, карабины и патроны собирали со всей колонны, в результате получился отряд в восемьсот штыков, которому приказали вывести из игры приотских артиллеристов. Возглавил удар, разумеется, Крачин, и тут фельдполковник не ошибся: пехота врезала одновременно с бронетягами, идущие в первых рядах эрсийцы стремительно ворвались на артиллерийские позиции и завязали лютый ближний бой.

Не столько стреляли, сколько рубили; не побеждали, а убивали.

За Фадикур. За пятнадцать тысяч расстрелянных братьев.

— Огонь!

А стрелковый батальон, который должен был прикрывать артиллеристов от вражеской пехоты, накрыли ""Бёллеры"". Два залпа из пушек обратили в кровавую мешанину землю, людей и палатки, следом завизжали шестиствольные ""Гаттасы"", добавляя раскалённый свинец, а затем бронетяги принялись утюжить лагерь гусеницами.

Без пощады.

— Огонь!

Бронебригаду землеройки заботливо оттянули от реки, укрыв от ушерских гаубиц за холмами.

Выставили в охранение четыре машины, остальные сгрудили в небольшой долине и тут же разбили лагерь. Никто ведь не ожидал, что на пологих вершинах окрестных холмов появятся кошмарные ""Азунды"".

— Огонь!

В командирской ""единичке"" — фельдполковник Шеро; в ""двушке"" — Сантеро, в ""трёшке"" — Герхард Пак, его брат, паровингер, попал в Фадикуре в плен; в ""четвёрке"" — фельдмайор Кальдо, на глазах которого сгорел весь его алхимический пост.