Герметикон
Серия книг Вадима Панова описывает жизнь человечества на планетах причудливой Вселенной Герметикон. Адиген Помпилио Чезаре существует вместе со своим окружением в мире, напоминающем эпоху конца XIX века, главный герой цикла путешествует на дилижансах, участвует в великосветских раутах и одновременно пытается спасти цивилизацию от войны. Серия получила положительные отзывы и рецензии критиков, которые отметили продуманность и оригинальность сюжета, блестящее описание военных столкновений и насыщенность аллюзиями. Цикл «Герметикон» состоит из таких произведений, как «Красные камни Белого», «Кардонийская рулетка» и «Кардонийская петля», удостоенных премий «Серебряная стрела», «Басткон» и «РосКон». Первая часть цикла «Последний адмирал Заграты по версии журнала "Мир Фантастики" победила в номинации "Научная фантастика года".
Они с Холем как раз стояли на самом верху вернувшегося на землю ""Исследователя-1"", проверяя недавно смонтированный измерительный пост, и случайно обернувшийся Тогледо разглядел не только облака, но и некоторых всадников.
И сразу доложил:
— Губернатор вернулся.
Полагая, что сообщение вызовет интерес. И ошибся.
— Очень хорошо, — равнодушно протянул Алоиз, придирчиво изучая надёжность крепления массивного магнитометра. — Мне показалось, или шкала развёрнута не очень удачно относительно иллюминатора?
Магнитометр стоял на самом краю приборной линейки, и Холь опасался, что наблюдатель не сможет снять точные показания.
— Шкала достаточно большая, синьор инженер, — уточнил очевидное Тогледо. — Я лично проверял: её прекрасно видно с поста.
— Хорошо…
— Пост прекрасно оборудован, синьор инженер, он полностью готов к работе, и остаётся надеяться, что наши люди не запаникуют во время перехода.
На вершине рундера располагалась техническая площадка, возле которой Холь и распорядился устроить нечто вроде лаборатории. Предполагалось, что наблюдения будут вестись из небольшой герметичной башенки, воздух в которую подавался специальным насосом.
— Как тебе добровольцы?
До сих пор никто, кроме Холя, не рисковал выходить на открытые площадки во время перехода. Разумеется, присутствие в башне не имело ничего общего с работой в скафандре, но, чтобы отправиться в маленькую ""бородавку"" на вершине рундера, требовалась определённая смелость.
— Выбранные лаборанты показались крепкими, — спокойно ответил Тогледо. — А премия в размере месячного жалованья укрепила их дух.
— Деньги никогда не казались мне серьёзным стимулятором, — поморщился Алоиз.
— Вы слишком хорошо думаете о людях, синьор инженер."
"— Я хорошо думаю о хороших людях, Тогледо, — не согласился Холь. — Тот, кто работает ради денег, мечтает не о том, чтобы сделать дело, а о том, чтобы потратить гонорар, и потому опасность может заставить его отступить.
— Я останусь при своём мнении, синьор инженер.
— Знаю. — Алоиз шутливо щёлкнул по корпусу башни. — Измерительный пост подготовлен великолепно. Поздравляю.
— Благодарю. — Тогледо позволил себе лёгкую улыбку.
— В тебе я не сомневался.














