Герметикон

 — Какова вероятность того, что на борту ""Доброты"" окажутся трибердийцы?

— Нулевая, — тут же ответил Саймон. Ответил быстро и уверенно. — ""Доброта"" — цеппель Департамента секретных исследований, там люди Компании, и они никогда не берут в полёт местных.

— На борту могут находиться раненые.

— ""Доброта"" явно идёт к точке перехода, то есть готовится покинуть планету и вряд ли возьмёт с собой менсалийцев.

— В таком случае… — Все поняли, что Рубен принял решение, и обратились в слух. — Прикажи ""Горькому"" убрать бронетяг.

— Слушаюсь, — кивнул Саймон.

— Только без осечек, — немедленно добавил старик.

 — Всех в ноль!

— Я сообщу капитану ""Горького"" о персональной ответственности за результат.

— Остальным прибавить ход.

— Слушаюсь, — подал голос капитан флагмана."

"— И установите радиосвязь с ""Добротой"", — подумав, закончил Лекрийский. — Пора узнать, что здесь забыл Департамент.

— Он идёт на нас!

— Вижу!

— Так сделай что-нибудь! — потребовал Каронимо, стоящий у распахнутого заднего люка кабины. Откуда открывался потрясающий вид на приближающийся импакто.

— Делаю!

— Что?!

— Удираю! — проскрипел Гатов.

Разогнав до последнего предела паротурбинный кузель, с силой надавливая на руль, чтобы управиться с тяжеленными колёсами на столь огромной скорости, и не обращая внимания на мелкие препятствия и неровности. Второй раз за короткую жизнь — первый случился во время испытаний — бронекорде было велено продемонстрировать всё, на что она способна, и пока машина не отказывалась от нагрузок. Неслась, как выпущенная стрела, оставляя за собой вихрящееся облако…

— Из-за пылищи нас видно за сотню лиг!

— Я придумал тебе задание! — прорычал Гатов.

— Какое?!

— Помоги Мерсе!

— Проклятье!

Но Каронимо понял, что Павел прав: из курсового пулемёта, у которого толстяк должен был засесть по боевому расписанию, нагоняющий их цеппель не достанешь, угол не позволит. Курсовой в предстоящем бою участвовать не будет, поэтому Бааламестре выругался и бросился к люку, собираясь присоединиться к находящемуся в кузове Мерсе.

— Не скучай тут!

В ответ послышалась невнятная ругань.

Подлая Камнегрядка убаюкала путешественников видимостью безопасности, убедила, что можно расслабиться, а затем нанесла… Нет! Ещё не нанесла, но приготовилась нанести тяжелейший удар.

Не с земли — с воздуха. Командование замеченной Гатовым эскадры, по всей видимости, готовило мритскому форту некую пакость, приняло бронекорду за разведчика и уготовило ей и учёным невесёлую участь жертв военных действий. Один из цеппелей — как выяснилось позже, весьма скоростной импакто, — бросился на перехват и, несмотря на то что Гатов сразу же изменил курс и выжимал из двигателей всю возможную мощь, уверенно догонял машину учёных.