Герметикон

— А Мритский?

— В последние часы наши отношения ужасно натянулись, и именно поэтому я возвращаюсь в форт: нужно уладить кое-какие дела с Вениамином. — Алоиз выдержал паузу. — А ты спаси нас от лекрийцев.

— Можете рассчитывать на меня, синьор инженер, — со слезами на глазах произнёс Тогледо. — Я не подведу.

* * *— Быстрее, ипатые черви! Быстрее!! Шевелите булками, уроды! Вперёд!!

Дозорный только вякнул, что ""Пророк Вуучик"" начал подъём, а Фил уже разорался в голос, пинками и нецензурщиной поднял отряд и погнал к форту.

Не к скале, а именно к форту… Точнее, сначала к скале — она всё равно лежала впереди, но потом гвардейцы резко изменили курс и начали ее огибать, намереваясь выйти к Южным воротам Карузо. И маневр их остался незамеченным, поскольку ""Резкий"" уже дал по скале два залпа из восьмидесятимиллиметровок, мритские дозоры и ""секреты"" подвижно юркнули под защиту крепостных стен, и расчёт Саймона оправдался на все сто.

""Как бы мы ни скрывались, нас обязательно заметят.

Вениамин не дурак, он выставил ""секреты"" на Камнегрядке, и они немедленно доложат о появлении десанта. Но подумают, что мы собрались зайти в форт сверху, со скалы, оттуда станут ждать, а мы обманем и выдвинемся к воротам"".

Прикрывая гвардейцев, ""Пророк Лычик"" и ""Пророк Бочик"" ударили по форту ещё до начала движения, а потом, подойдя ближе, принялись методично вскрывать тяжёлыми снарядами Южные ворота, пока три остальных крейсера ""веселили"" мритских военных бомбардировкой казарм и Западного сектора.

Шесть залпов дали доминаторы прежде, чем десант вышел на рубеж атаки."

"Шесть залпов, которые расчистили гвардейцам путь.

* * *— Рундер продолжает подъём?

— Так точно, Ваше превосходительство, — мгновенно подтвердил капитан. — Сейчас он в ста метрах от поверхности.

Приказав начать атаку, Рубен расположился в кресле, находящемся в глубине мостика, видел далеко не все детали происходящего, и его ""глазами"" стал командир ""Пророка Вуучика"" капитан Бельме, который периодически отходил к лобовому окну с биноклем.

Возвращался, строил на лице вопросительное выражение, беззвучно осведомляясь, нужно ли докладывать, и снова уходил к окну. До сих пор Рубен молчал, задумчиво поигрывая тростью, однако неожиданный вопрос показал, что губернатор пребывает в гондоле и телом, и мыслями.

— Сто пятьдесят метров, — вновь подал голос Бельме, хотя его никто не спрашивал.