Герметикон

И гигантский рундер полностью растворился в тумане ослепительного сияния, разрушился, словно разбитый ударом гигантского молота, обломки его втянулись ввысь, и небо захлопнулось, словно ничего не было. Словно всё это привиделось."

"И лишь пять горящих горбов указывало на то, что несколько секунд назад в лазурной высоте кипела страшная битва.

— Что это было? — прошептал Мерса. — Вы видели? — Вопрос прозвучал глупо, но Андреас пребывал не в том состоянии, чтобы искать умные. — Видели?

— Что-то пошло не так, — ошарашенно протянул Бааламестре.

— Сначала — так, — напомнил Гатов.

— Сначала — вообще фантастика.

Смертоносный луч поразил учёных. Не как смертоносный, а как торжество разума, очередное подтверждение величия человеческого гения. И они не стеснялись на сильные эпитеты.

— Из-за чего случилась катастрофа? — осведомился Мерса. — Почему погиб рундер?

— Перегрузка цепей? — предположил Павел, но себе, а не отвечая на вопрос — алхимика он не слышал. — Надо прикинуть мощность, которую Алоиз вытащил из Пустоты, узнать, что за материалы он применял для передачи энергии…

Гатов увлёкся, вытащил из кармана карандаш и огрызок бумаги и был готов погрузиться в расчёты, но Бааламестре не позволил:

— Спросишь у Холя, — громко произнёс толстяк, бесцеремонно вырывая из рук Павла карандаш и бумагу.

— Ах да… Алоиз… — Гатов с улыбкой посмотрел на дымящийся форт и топнул ногой по такой надёжной палубе бронекорды: — По местам, братья, пришло время показать воякам, на что способны кадровые университетские работники!

* * *— Я знал, что он сумеет! Знал! Знал!! Лживый пёс! Ипатый гений! — Вениамин ввалился… Нет! — Вениамин ворвался в комнату отдыха, довольный, как будто захватил весь валериций Герметикона, и принялся счастливо кричать, пугая и жену, и горничную.

— Что замышляет? Кто? — Агафрена догадывалась, что произошло, но не собиралась выдавать себя. — Объясни!

— Сукин сын!

— О чём ты?

— Только что… — Мритский замер, пару секунд таращился на жену, параллельно выделывая некие странные, рваные, незаконченные жесты, характерные для ошарашенного человека, и взахлёб продолжил: — Только что Холь распылил лекрийскую эскадру, поняла? На молекулы, чтоб ее хнявая манявка сожрала! На ипатые атомы! В ничто! В ничто!!

— Алоиз уничтожил эскадру? — Агафрена отреагировала именно так, как следовало: приоткрыла рот, широко распахнула глаза, прижала руки к груди… Может быть, чуточку наигранно, но взволнованный губернатор не почувствовал фальши.

— Угробил в пыль ипатым энергетическим лучом! — Вениамин топнул ногой. — Я знал, что этот гад меня обманывает! Знал, что его изобретение можно использовать в качестве оружия.