Герметикон

Остановилась под висящим на стене фонарем, открыла шкатулку, достала верхнее из лежащих в ней писем, развернула и перечитала строки, которые помнила наизусть.

""Мы действительно расскажем правду о смерти вашего отца, адира. И это приглашение — последнее. Если вы им не воспользуетесь, мы исчезнем и больше никогда вас не побеспокоим"".

Третье послание на одну и ту же тему. В первом содержалось требование никому не рассказывать о письмах, в третьем, помимо всего прочего, появилось первое указание на то, что нужно сделать:

""Мы ждем вас на Тинигерии. По прибытии в Кале-до остановитесь в отеле ""Ожерелье Т"".

Там вы получите дальнейшие инструкции…""

* * *Специально к его появлению каюту не готовили, а сама она совсем не походила на то, к чему привык Помпилио. Каюта была гостевой, но пользовались ею редко, о чем свидетельствовал слой пыли на пустой полке. Кровать не застелена, маленький иллюминатор не открывается, одна радость — собственная туалетная комната. Без ванны и туалетных принадлежностей. Правда, меньше чем через пять минут в каюту влетел суперкарго — спорки, разумеется, — принес мыло, полотенце, белье и комплект цепарской одежды.

Пообещал, что к ""возвращению мессера кровать будет застелена"", обрадовался, услышав, что может уйти, и мигом испарился.

Помпилио принял душ, вытерся, облачился в халат и, выйдя в коридор, властно кивнул вооруженным охранникам:"

"— В гостиную! — чем привел их в некоторое замешательство, поскольку они думали, что на встречу с госпожой Помпилио должен одеться как положено.

Тем не менее они проводили адигена в гостиную, которая оказалась переделанной кают-компанией, но сами внутрь не вошли, даже не заглянули, остались за дверью, дав понять, что готовы ворваться по первому зову хозяйки.

Впрочем, давать им повод Помпилио не собирался. Он уверенно прошел в гостиную, бросил быстрый взгляд на кресла и диван — слишком тяжелые для цеппеля, на несколько плотно заставленных книжных полок, едва заметно кивнул сидящей за столиком женщине, без спроса расположился напротив, оставив без внимания тот факт, что обе чашки пусты, а чайник словно ждет, когда им воспользуются, и прохладно спросил:

— Тайра, ведь так?

Женщина сдержанно кивнула.

— Я знал твою сестру.

Теперь, наедине, Помпилио мог свободно говорить о том, о чем намекнул при первой встрече. Он догадался, что Тайра — не просто ведьма высокого ранга, а одна из трех легендарных Сестер Тау, тайну которых спорки оберегали так же тщательно, как путь на Ахадир.

— Ты убил мою сестру, — сказала ведьма.

— Это сложная история, Тайра… ты за этим заманила меня на Фарху? — Помпилио закинул ногу на ногу. — Собираешься отомстить?

— Думала об этом, — не стала скрывать женщина.