Герметикон

 — Нас мало, мы друг у друга на виду, и ваше поведение…

— Раззадоривает остальных мужиков?

— Да.

— Так выбери кого-нибудь, — предложила синеволосая. — Хороший секс еще никому не вредил. Вот Грозный, к примеру, умеет доставить женщине удовольствие.

— Куга!

— Что ""Куга""? Я, между прочим, говорю абсолютно серьезно! После того, как я переспала с Грозным, мне стало значительно легче. Я успокоилась, понимаешь?! Я снова захотела жить. Я перестала бояться и… — Синеволосая вздрогнула, словно поняв, что раскрылась, однако закончила: — И не тебе меня обвинять, понятно?

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— За последние два дня узнала достаточно.

— И что?

— Ничего. — Куга отвернулась и побрызгала на себя духами.

— Извини, — прошептала Привереда. — Правда — извини меня.

* * *Запах."

"Дурманящий, терпкий, приятный. Запах духов, в котором смешались ароматы фруктов, цветов и… запретов. Рухнувших запретов. Теперь они пахнут не каменной кладкой, а желанием. Стена исчезла, и впереди — сладкий океан, в который нужно окунуться с головой.

Запреты…

Что может быть хуже запретов? Что может быть бессмысленнее? Отвратительнее? Если человек совершает преступление, его сажают в тюрьму, ограничивают его свободу.

А запреты — та же тюрьма, только добровольная. Ты прислушиваешься к дурацким советам, стараешься ""соблюдать приличия"", ведешь себя ""как положено"", а в результате отказываешься от потрясающих удовольствий, которые могут раскрасить твое время восхитительными цветами наслаждения. А ведь время убегает, рано или поздно каждого из нас ожидает ничто. Окончательное ничто, на фоне которого Пустота покажется наполненным жизнью садом.

Так для чего сдерживаться?

Чей это голос? Кто это говорит?

Мысли путаются…

Или это мои мысли? И мой голос?

Нет.

Но мне нравится этот голос. Мне нравится то, что он говорит. Мне нравится тембр и тепло, что со словами струится из губ. Ведь губы так близки…

Мне нравится.

Ласковый голос разрушает запреты, открывая чарующий мир соблазна и чувственных наслаждений. На щеках проступает румянец, но не стыда… Нет, совсем не стыда.

Это знак желания.

— Тебе нравится?

— Мне нравится.

Глаза закрыты, но так даже лучше. Шею щекочет горячее дыхание… Уже не теплое — горячее, наполненное страстью.

Чье это дыхание? Не мое…

— Тебе нравится?

— Не останавливайся. Прошу…

Губы нежно скользят по коже, заставляя дрожать от возбуждения. Мысли путаются, но они сейчас не нужны. Сладость рухнувших запретов накрывает с головой, и думать не хочется. Только не сейчас. Не когда сплетаются тела, а умелые прикосновения заставляют трепетать струны.

— Не сейчас…

— Что?

— Продолжай.

Голос срывается. Это мой голос? Мой. Мне хорошо. Нет больше запретов и стыда. Нет стены и преград. Я живу полной жизнью. Мне хорошо.