Герметикон

Вышедший из машинного отделения Грозный сказал, что сопротивление бесполезно и единственный выход — вступить в переговоры с засевшими в импакто людьми. Короткое заявление едва не вызвало у Куги еще одну истерику, однако несколько жестких замечаний лысого заставили девушку взять себя в руки. В итоге Мон остался за штурвалом, Тыква и Рыжий составили ему компанию, синеволосая ушла рыдать в каюту, а Привереда и Грозный вернулись в машинное отделение.

Между собой почти не разговаривали — настроения не было. Еще пару часов назад они надеялись на счастливый исход, верили, что смогут отыскать работающую точку перехода и улететь с Ахадира, а сейчас… Сейчас они чувствовали себя примерно так же, как несколько дней назад, очнувшись в незнакомых горах и обнаружив сросшегося со скалой офицера.

Или даже хуже, потому что навалились воспоминания, а вместе с ними, как и обещал Тыква, пришли проблемы.

— Машинное отделение! Самый малый!"

"— Понял! — рявкнул в ответ Грозный и покосился на понурившуюся Привереду. — Похоже, прилетели.

— Похоже, да, — безразлично согласилась девушка.

Грозный грустно усмехнулся, перевел взгляд на зачехленную бамбаду и патронташ, вздохнул, а после следующего приказа — ""Стоп машина!"" — заглушил кузель и направился к выходу, прикоснувшись на прощание к верной бамбаде.

Прикоснувшись, но не взяв с собой. Люди с импакто наверняка начнут разговор с позиции силы, назовут экипаж ""Дедушки"" пленниками, и отдавать им оружие Грозный не собирался. Это противоречило его правилам.

К удивлению путешественников, крейсер отконвоировал ""Дедушку"" не к поселению, а в небольшую, густо поросшую лесом долину, посреди которой располагалась обширная поляна.

На первый взгляд — девственно-чистая местность, однако, приглядевшись, путешественники заметили скрытые среди деревьев шалаши, бледные столбики дыма, сидящих у костров людей и поняли, что долина служила спорки временным лагерем. И приземление, соответственно, прошло в походных условиях: Тыква и Рыжий сбросили тросы, а находящиеся на земле люди привязали их к деревьям. Сразу после этого с импакто распорядились опустить ""корзину грешника"", и на борт ""Дедушки"" поднялась абордажная команда: десяток спорки, облаченных в стандартную цепарскую одежду и вооруженных пистолетами галанитского производства. Держались они достаточно вежливо, но жестко. Рядовые растеклись по узким коридорам ""Дедушки"", а командир прошел на мостик и, не забыв поздороваться, осведомился, сколько человек находится на борту. Лео Мон ответил, что весь экипаж собрался на мостике, и услышал короткое: ""Если найдем кого-нибудь еще — расстреляем"". Вопросы: ""Кто вы?"", ""Почему нас задержали?"", ""Где мы находимся?"", спорки проигнорировал.