Герметикон

И ещё остряк не верил, что кто-то способен придать ему мощное ускорение, ухватив за грудки всего одной рукой и резко рванув на себя. И уж тем более не мог представить, что второй рукой грудастая девица способна нанести настолько тяжёлый удар в челюсть, что, придя в себя, он сравнивал его с тычком разъярённого быка. Но это потом. А тогда сознание стремительно оставило лейтенанта, он мешком повалился на пол, а Григ навела пистолет на подскочивших дружков и прошипела:

— Я не дерусь в кабаках.

Возникла многозначительная пауза, во время которой военные старательно прикидывали, сумеют ли они добраться до наглой сучки? А разрядил обстановку громкий голос из-за стола галанитских инструкторов.

— Наши приотские друзья не привыкли видеть женщин в военной форме, — сообщил тощий майор в чёрном мундире панцирника. Хлебнул пива и добавил: — Но они быстро учатся, знаю по опыту.

— Это так? — осведомилась девушка, продолжая разглядывать приотцев.

— Всё в порядке, — выдавил один из офицеров. — Нам не нужны проблемы.

— Вот и хорошо.

 — Орнелла вернула пистолет в кобуру и перевела взгляд на прижавшегося к стене официанта: — Две порции утки и белое линегартское урожая прошлого года.

— Слушаюсь.

Официант исчез, посрамлённые приотцы утащили бесчувственного остряка за дверь, а оставшиеся в зале офицеры дружно перестали замечать Орнеллу и Эбби, вернувшись к разговорам, вину и податливым девицам.

— Тем не менее тут полно приличных самцов, — заметила Григ, с интересом оглядывая зал.

— Давай им тоже наваляем, — предложила ещё не остывшая Эбби.

— Зачем? — улыбнулась Орнелла и кивнула на один из столиков: — Как тебе вон тот панцирник?

Не тощий галанит, который помог им избежать потасовки, а высокий приотец, хмурящийся на краю развесёлой компании.

— Простоват, — оценила Колотушка, бросив быстрый взгляд в заданном подругой направлении. — И какой-то блёклый.

— В тихом омуте черти водятся.

— Эту поговорку придумали о женщинах.

— Не только.

— Хорошо, допустим, он заслуживает внимания. — Колотушка наклонилась к подруге.

 — Расскажешь, что мы делаем в этой дыре?

К удивлению Эбби, Орнелла весьма легко — во всяком случае, внешне, — пережила гибель группы. И ранение, кстати, тоже. Пара дней хмурого настроения, и погибшие парни вылетели из памяти Григ, как пробка вылетает из бутылки игристого: стремительно и безвозвратно. Колотушке такое пренебрежение категорически не понравилось, однако делать Орнелле замечание Эбби не стала и с головой погрузилась в формирование нового отряда.