Герцог. Книга 3. Враг Равновесия
Арман ван Осгенвей, он же Виконт, он же Гарс, он же Испанец снова в деле!Когда-то я был нелегалом и погиб при выполнении задания, но попал в другой мир. Пора развернуться на полную катушку и поставить этот мир кверх ногами. Тонут корабли, горят порты, взлетают на воздух замки и штабы - диверсионная война в самом разгаре. Но появляются новые, очень опасные, сильные и неведомые враги. Не брезгуюшие никакими средствами, лишь бы снять с доски мешающую всем фигуру.Интриги, заговоры, шпионские игры, а в центре, как всегда, моя драгоценная персона. Ничего, разберемся! Насвистывая веселую песенку "Ведь от южных морей до айзанских степей ван Осгенвей всех сильней". Да еще это Равновесие, установленное Древними, "порядок, основанный на правилах"... Здесь правила устанавливаю я, Паладин Ярсгара. Придется кому-то уступить... Или подвинуться.
И, пока вы с Осием мерялись понтами, я вел расследование «твоего» странного появления и прочих сопутствующих вещей.
— Как же вы его не выявили? Ведь ясно же было по ауре, что это не я. К тому же, он частично кобольд…
— А вот так. К тому же его аура была близка к обычной человеческой, в отличие от твоей. Ты все время меняешься и меняешься, аура, естественно, тоже.
— Я, по-твоему, не человек? — обиделся я.
— Ты маг высокого ранга, я бы сказал — архимаг. Но со своими особенностями, которых нет у других.
— Ну и что показало расследование?
— Оно еще ведется. Но тут замешаны наши кровные родственники…
— Бертелани? Я думал, мы их род под корень вывели, не считая нас троих!
— Не всех, похоже. А то, что ты разоблачил двойника и показал его истинную натуру — хорошо. Тем самым ты дал мне направление поисков. Пока копаем…
— Может быть, я сам бы попробовал…
— Сам? Ну-ну, — насмешливо сказал Арий. — Похоже, тебе Сила в голову стукнула.
— Это в каком смысле? — обиделся я.
— Да когда же ты, наконец, поймешь? — вышел из себя брат. — Да, ты уникален, силен и умен. Но ты — одиночка, один! Ты понимаешь, один! Ты не сможешь конкурировать с государством или даже с Орденом. У тебя нет налаженной системы, на тебя не работают десятки братьев и сотни их агентов, ты не можешь одновременно быть в сотне различных мест и слушать тысячи разговоров. Ты умеешь многое в одиночку, но, когда тебе будет противостоять государство, ты ничего не сможешь сделать.
— Не так, чтобы…
— А как? Вот, допустим, тебя бы все-таки окончательно объявили вне закона? И что бы ты сделал? Скрылся бы от нас и стал жить жизнью перебежчика, без друзей, денег и кучей врагов на хвосте? Даже если бы удалось, куда подался бы? В отшельники? И так бы и жил до конца жизни один и шарахался от каждого шороха?
Я лишь пожал плечами. Ага, так я тебе и сказал, куда бы делся. Жди. Есть у меня и тайники, и варианты отхода, и возможные места для легализации… Вот только знаю о них лишь я. Потому что чуть не пришлось ими воспользоваться. Шпионы — как белки, прячут орешки в разных местах и далеко. Никогда не знаешь, чем и где придется воспользоваться. Во всяком случае, хрен бы вы меня нашли даже с учетом ваших «огромных» возможностей.
— В любом случае, я настаиваю, чтобы меня держали в курсе расследования. С двойником помог, может вместе и распутаем этот цирк быстрее.
— Потом, потом, — брат свернул куда-то в сторону хозяйственных подсобок. — Сейчас тебе нужно выполнить другое задание. А потом, если будешь хорошим мальчиком, я дам тебе леденец в виде тех, кто виновен в твоих злоключениях последнего времени.
— Я мужчина, и обратно мальчиком стать не могу. Так что хватит хамить. Я так понимаю, дело касается Макоси?
— Да, именно его.
Мы прошли в то крыло дворца, где я еще не бывал.