Грех Захарова

Тимур лишь хрипло смеется, никак не реагируя на мои попытки сделать ему больно. – Сукин сын! Ненавижу!

Захаров обхватывает руками мою талию, впивается пальцами в кожу. Надвигается настолько сильно, что его желание упирается мне в живот. Становится жарко от осознания, что мы можем зайти далеко. Если он снова сделает мне больно…

Трясу головой, отгоняя ненужные на данный момент мысли. Сама прижимаюсь плотнее. Пусть делает что хочет. Сдаюсь. Достаточно. Больше не хочу этих гонок. Все равно в конце концов будем вместе. Это наша судьба!

– Скучала, значит? – влажные губы скользят к уху. Тимур обхватывает мочку, сжимает зубами, заставляя толпу мурашек рассыпаться по телу. – А раньше бежала как от огня. Я же говорил: теряем время. А ты все упиралась…

Хрипотца его голоса вибрацией проходится по грудной клетке. Часто дышу, все с такой же силой сжимая густые волосы опера в кулаках.

– Может, были причины для этого? – говорю, издав глухой стон. Тимур проводит пальцами по спине так, будто изучает каждый позвонок. Тело горит от его прикосновений. – Или ты белый и пушистый? Никаких у тебя косяков не было, верно? А я, как дура, обвиняла тебя во всех грехах. Да, Захаров?

– Были, – утвердительно кивает, обхватывая мою голову горячими ладонями, заглядывает в глаза. Мерзавец так обаятельно смеется, что мне ничего не остается, кроме как улыбнуться в ответ. – Но я вроде бы теперь дружу с головой. И тебе советую. Давай уже плюнем на все и не станем оглядываться назад?

Мои брови ползут вверх от удивления. Ну, вообще-то с головой я всегда дружила, чего не скажу об этом мужчине. Пусть за себя говорит, а меня в покое оставит.

– Это у тебя башка пустая, – усмехаюсь, целуя колючий подбородок. – Моя нормальная, Захаров. А назад я оглядываться не собираюсь даже. Потому что знаю, что там стена, – подшучиваю и вскрикиваю от неожиданности, когда Тимур прикусывает кожу шеи и моментально проводит языком по тому же месту.

Не знаю, чего я хочу больше. Чтобы он крепко обнял и начал целовать как обезумевший или же оставил меня в покое – и мы по-человечески поговорили. Но безумно радует факт, что все осталось позади. Действительно, уже не вижу никакого смысла оглядываться или вспоминать какую-то дичь из прошлого. Все. Нескольких месяцев достаточно, которые мы прожили как враги.

– Знаешь, Мир, – он гладит меня по щеке большим пальцем, тянет нижнюю губу вниз. – Есть моменты в жизни… Мне стыдно даже про них думать. Со временем я сделаю так, чтобы ты все забыла и снова доверилась мне как раньше. Буду очень стараться для этого. Ты же мне веришь? Хотя бы чуточку…

Будто ребенок передо мной стоит, который боится еще сильнее обидеть меня. Не сдерживаю улыбку, а потом тихо смеюсь.

– Есть моменты в жизни, которые я не хочу вспоминать, Захаров.