Грех Захарова

А послезавтра просишь от него непредвиденное…

– Мира, – его вторая рука оказывается на шее, сжимает. Гладит большим пальцем горло. Странно смотрит. Очень странно. Обжигает. Опасный взгляд, угрожающий. Меня бросает в дрожь. Нет, я его не боюсь. Однако… Не так я представляла себе первую ночь с мужчиной. – Мира… Мира… – повторяет хриплым голосом.

По телу пробегают мурашки, ладони потеют. Я шумно сглатываю, чувствуя, как хватка на шее ослабевает. Захаров делает полшага назад. Ухмыляется, мерзавец.

– Какой из тебя мужик? – недовольно ворчу, медленно вытирая влагу с шеи. Захаров хмыкает.

– Боишься… – это не вопрос. Скорее, утверждение. – Трясешься так, будто я тебя посреди зимы на улице голой оставил. Иди, Мира. Больше повторять не стану.

– А ты подумай, действительно ли ты отец того малыша, – говорю, вздергивая подбородок.

Тимур вновь сжимает челюсти. Пусть внешне выглядит спокойным, однако по его щеками ходят желваки. А это говорит о том, что он вот-вот взорвется. Как атомная бомба!

– Мелкая тварь, – хватает меня за локоть и больно сжимает. Настолько сильно, что в глазах моментально темнеет. – Пошла вон! – тянет меня за собой. Как плюшевую игрушку, швыряет в комнату и запирает дверь.

Ну уж нет! Я совего добьюсь, Захаров! Людой ценой! Сегодняшная ночь изменит мою жизнь. Перевернет вверх дном. Да, есть плюсы в этом. Но и есть огромный минус! Я хотела бы стать женщиной того мужчины, который действительно любил бы меня. А не как ты…

Я открываю дверь и замечаю, как он заходит в свою спальню. Делаю шаг вперед. Еще и еще…

– Ты меня удивляешь, – честно признаюсь я. Захаров оборачивается, медленно растегивая пуговицы рубашки. Злой как черт. Губы опять же сжаты в тонкую линию. – Очень удивляешь.

Всего одно движение – и полотенце оказывается у моих ног. Тимур не смотрит никуда. Только в глаза. Шаг за шагом сокращает между нами расстояние. Останавливается в паре сантиметров. Его пальцы касаются плеча, проводят до локтя. Раньше мне становилось жарко от его прикосновений. Я чувствовала что-то необычное, невероятное. А сейчас… Сейчас внутри все превращается в лед. По позвоночнику пробегает мороз."

"– А ведь я тебя предупреждал, Мира, – в холодном тоне мужчины ощущается недовольство. – Предупреждал. И не раз. Ты же сама сказала, что я ничуть не отличаюсь от твоего брата. А также ты прекрасно знаешь, что он делает с такими глупыми девчонками, как ты. Хочешь, чтобы я тебе показал, что действительно между нами нет разницы? – вопросительно выгибает грудь.

Горячая рука Захарова слегка сжимает запястье и снова поднимается вверх. До локтя, плеча и выше…

– Хорошо, – кивает. За считанные секунды я оказываюсь на кровати. Даже не понимаю, как он меня сюда толкает. – Сейчас ты узнаешь, что такое играть с огнем, Мирослава.