Дерзкий

Кстати, похоже, что на нем-то генерал и оторвался по полной. Ну, главное, чтоб не прибил от злости, а все остальное можно пережить.

Лешку его куратору пришлось отдать генералу Савину. Там были баталии, похоже, но в итоге таинственный «спецотдел» выиграл.

Братишка мой, правда, от этого не особо выиграл, потому что получил ту же работу, что и до этого, но в другой структуре. Похоже, будет, как и Зубов, карьеру негласника строить. Но хоть с погонами не пролетит. Может, и пенсию даже начнут насчитывать. Год за два, например…

Его тут же отправили в какой-то полицейский институт, причем по липовым докам. Больше я ничего не знаю, он не говорил. Тайна стр-р-рашная!

Он недавно писал мне в соцсетях, ему там, вроде, даже нравится.

А мне нравится, что он живой.

А еще нравится, что меня, слава всем богам, отпустили на все четыре стороны, правда, заставив подписать бумагу о неразглашении и прочее.

Подписала, мне не впервой.

Да и кому разглашать?

Все, кому надо, уже давно в курсе. А кому не надо — так им и не надо. Целее будут.

Мы поженились в Москве, и я совсем недолго смогла полюбоваться на свой новенький паспорт с девичьей фамилией. Ровно один день.

А потом стала Шатрова.

И вот что я вам скажу: нравится мне быть Шатровой!

И нравится, что волосы мои отрастают, и юбки мне носить тоже нравится! И каблуки! И хоть кличка «полурослик» так ко мне и приклеилась, но мне нравится, как ее произносит мой муж.

Есть в этом что-то… Порочное. Что-то из тех времен, когда я, Арс Решетов, подходил к универу, еще не подозревая, что совсем скоро, буквально через пару шагов, меня собьёт с ног моя судьба.

А потом обожжет хищным взглядом, от которого сердце затрепещет. Да так в этом состоянии и останется.

— Полурослик мой… Хочу… — Вадим, наконец, находит подходящее дерево на подходящем расстоянии от дома, разворачивает меня спиной к себе и резко прижимается всем телом. Я счастливо хмыкаю, мягко трусь задницей о его вполне отчетливый стояк и думаю, что, наверно, он не особо далеко ушел, и Ленка с Черным точно будут вечером подъебывать…

Ну и пусть.

Мы — муж и жена.

Нам можно и поорать во время секса."

"— Слушай… Давай тоже мелкого? — Вадим сдирает с меня джинсы, гладит опытно и грубовато между ног, шепчет возбуждающе на ушко, — давай… Хочу уже, не могу…

— Доучиться… Сначала… — я выгибаюсь непроизвольно, подрагивая от кайфа, что дарят его пальцы, — потом… Хочу в Европу… Ленка звала…

— Вот с пузиком и поедешь… — провокационно шепчет мне искуситель, и, в ответ на мои возможные возражения, закрывает мне рот пальцами, проталкивая их сразу между губ. Одновременно с собой.