И только сердце знает

В лучшем случае она могла сойти за хорошенькую, по крайней мере ей самой так казалось, да и то она считала, что слишком великодушна, оценивая свои прелести. Ее служанки были гораздо привлекательнее, а некоторые по-настоящему красивы. К тому же она собственными глазами видела женщин, которые привлекают Ранульфа, а Рейна не была и близко похожа на них.

Почему же тогда такой представительный мужчина, как Ранульф Фитц Хью, сказал ей подобное?! Все ее достоинства заключались в том, что она была богата и приносила своему мужу в приданое великолепный замок, но отнюдь не в ней самой.

Рейна всегда знала об этом. И все же Ранульф сказал ей это, и пускай на одно лишь мгновение, но она почувствовала себя опьяненной счастьем. Да, это было истинное наслаждение — слышать его слова… А потом она вдруг сразу очнулась и перестала верить во все то, что он ей наговорил.

Когда же они будто поменялись ролями, Рейна была вынуждена выслушать его исповедь о том, что он сам сомневается в своих способностях, о том, что его беспокоило в последние дни, ибо он не мог поверить, что она действительно выбрала его для себя и для Клайдона.

Почему же его беспокоило то, о чем она сама думала все это время? В этом ведь не было никакого смысла…

Однако, когда его нетерпение вновь вернулось к нему, Рейна поняла, что Ранульф действительно ее хочет, И это было совсем не притворство. Она чувствовала его страшную напряженность, причины которой стали понятны лишь тогда, когда рука его двигалась вслед за его глазами по направлению к тому месту, что считается главной женской прелестью.

Рейна поняла все, когда случайно взглянула на твердые выпуклости, видневшиеся под легкой тканью его нижних штанов. Рейна ломала голову над тем, почему прошлой ночью он чувствовал столь пожирающую страсть к ней… Возможно, только из-за того, что она так долго отвергала его, а он предупредил ее, что не терпит отказа.

А этот смех победителя, который немало позабавил Рейну, однако она до сих пор не могла понять, что послужило его причиной, а еще — почему он последовал непосредственно за его возмутительным вопросом, была ли она готова любить его в прошлый раз.

Было совершенно очевидно, что он ничего не помнил, иначе не стал бы задавать ей столь глупые вопросы. И, вспоминая, что она была готова к его любви даже в ту ночь, Рейна почувствовала, как знакомое тепло обожгло ее поясницу.