И только сердце знает

Всего лишь несколько минут… и все.

А она лежит здесь, не в силах не то что подняться, но даже сдвинуть с места воина, прижавшего ее закованное в броню тело. Она не может даже отдать последние указания: отходить и скрываться в главной башне.

— Оубер! — снова отчаянно закричала она. — Ну помоги же мне!

Однако он все еще стоял, ошеломленный происходящим, и рассказывал ей то, о чем Рейне так не хотелось слышать:

— Они все еще подходят. Их уже семьдесят, восемьдесят, больше. О! Это же целая армия! Господи! Миледи… подождите. Что же это?

— Что?! — отчаянно крикнула Рейна и, не получив ответа, обрушила на слугу шквал брани:

— Черт возьми тебя! Идиот! Тупоголовый болван! Отвечай мне сейчас же, что там происходит?

Он одарил ее очаровательной улыбкой, способной затмить свет солнца:

— Миледи! Мы победили! Мы спа-се-ны!!!

Да, теперь она и сама отчетливо слышала: лязг мечей, ужасающие душу вопли, поздравления, слышавшиеся со всех сторон укреплений.

А Оубер, улыбаясь, продолжал:

— О, они даже не заметили, как подошли наши спасители, а сейчас уже слишком поздно! О! Взгляните-ка, миледи, они наголову разбиты.

Жалкие трусы! Как же быстро они уносят отсюда ноги!

— Эх ты, болван! Как же я могу это увидеть? — не в силах скрыть счастливой улыбки, спросила Рейна.

Когда же Оубер повернулся к ней и увидел, что она все еще лежит, придавленная к полу, то цвет его лица как-то вдруг изменился и ничуть не отличался теперь от оттенка его ярко-рыжих волос."

"Он мгновенно оттащил безжизненное тело воина в сторону и помог Рейне подняться. И тогда она смогла собственными глазами увидеть то великолепное действо, что совершалось у стен замка.

О! Это действительно было грандиозное зрелище. Воины неприятеля падали, разрубленные пополам с каждым новым взмахом меча рыцарей, а тяжеловооруженные воины, пришедшие ей на помощь, преследовали врагов, в ужасе бросившихся в разные стороны. Слезы радости появились на ее счастливом лице. Несомненно, эти посланные ей самим небом спасители так быстро, так легко поражали врага, что сражение было уже почти закончено. Рейна была теперь так счастлива, что забыла даже “поблагодарить” Оубера за всю оказанную им в это утро “помощь”.

— Открой внутренние ворота для них, как только это будет возможно. Оубер! Господи! Я должна переодеться. Не могу же я встречать их в таком виде!

Она скорчила гримаску негодования, оглядев свой мужской наряд, и тут же покраснела от стыда, вспомнив, как много народа, ее народа, видело свою госпожу в таком облачении!

— Оубер! Окажи им достойный прием, достойный победителей прием! — прокричала она, уже перелезая через лестницу.