И только сердце знает

И все же то, что он сделал… могло ли быть что-либо ужаснее?! Посетить Красную Альму при свете белого дня на глазах у всех деревенских сплетниц спустя всего два дня после их свадьбы! Почему Красная Альма? Рейна скорее поняла бы его, если бы застала Ранульфа в темном уголке зажимающим Эдвину! Ведь мужчины табуном ходили за ее служанкой. Почему же ее страстный супруг должен был от них отличаться?

Но Красная Альма?! Верно, эту женщину нельзя было назвать неприметной с ее огненно-красными волосами и близко посаженными глазами цвета анютиных глазок. И она к тому же была женщиной в теле, к чему, как Рейна знала, ее муж был неравнодушен.

Однако он ведь знал, что Рейна, в отличие от других благородных дам, ухаживает за своими вилланами во время их недугов.

Он должен был знать, что ей немедленно будет известно о его посещении деревенской блудницы, и даже если бы он не догадывался об этом, она бы все равно его застала у нее, как, впрочем, все и произошло.

Так неужели он хотел, чтобы она обо всем узнала? Или это был его способ наказания за ее постоянные жалобы? А ведь она на самом деле жаловалась по всяким пустякам, причем так сварливо… Но думал ли он вообще о том, чтобы наказать ее? Скорее, он просто хотел получить больше удовлетворения от любви с другой женщиной.

И все же Рейна не могла забыть того, как прошлой ночью он спросил ее, предпочитает ли она, чтобы он занимался любовью с другой женщиной или хранил верность ей одной. Может, молчание он воспринял как разрешение любить кого его душе угодно, а не наоборот? Неужели он был настолько глуп?! — Юный Манфред сказал, что вы хотите видеть меня? Отлично. Его предупредили заранее, и теперь он наверняка думает, что причиной всему его посещение Красной Альмы. Однако она не собиралась даже упоминать об этом, что наверняка немало его озадачит.

Рейна состроила свою самую сладкую гримаску и повернулась, чтобы взглянуть в лицо своему неверному супругу, однако не он, а именно она была крайне удивлена тем, что увидела. Она, конечно, не очень хорошо представляла себе, как должен выглядеть мужчина, погрязший в распутстве, когда он стоит перед своей обманутой женой, однако она уж точно не была готова увидеть выражение обиды на его лице.

На руках Ранульф держал Леди Эллу, которая довольно мурлыкала и не чувствовала, как видно, и следа волнения в своем хозяине.

— Не соизволите ли вы присесть, милорд. — Она указала на стул лорда, который специально выдвинула ближе к камину, готовясь к этой беседе. — Не хотите ли вина?

Усаживаясь, Ранульф кивнул. Рейна махнула рукой, и слуга, который стоял неподалеку, поспешно направился в их сторону с подносом в руке. Рейна не упустила, как он вздохнул, когда садился.