И только сердце знает

Если вы не хотите, чтобы я занимался любовью с другой женщиной, то вы просто должны были мне об этом сказать.

— Итак, вы признаете это? — сказала она совсем не радостно.

— А вы? — в свою очередь, спросил Ранульф.

— Раз уж вы не можете сдержаться, полагаю, что должна, хотя после случившегося в этом нет никакого смысла, — горько сказала она. — И я не ревновала. Я была унижена и оскорблена, но я не ревновала.

— Очень хорошо, что вы не ревновали, — сказал он, хотя его широкая улыбка свидетельствовала о том, что он не верил ни единому ее слову. — Вы все еще можете избавить себя от неприятных и расстраивающих вас мыслей, если просто спросите меня, что я действительно там делал.

— Мужчины ходят к шлюхам только с одной-единственной целью.

— Тогда почему я лишь говорил с ней?

— Говорили?! — усмехнулась Рейна. — Держа руку на ее груди?

Вместо того чтобы испытывать хоть какое-то смущение, он Просто посмеивался.

— А как еще могла она определить, может или нет мое прикосновение причинить вам боль?!

— Мне?! Вы что, хотите, чтобы я поверила в то, что вы ласкали ее ради меня?! — Она сощурила глаза. — Можете повторить вашу попытку снова, первая провалилась.

В конце концов он не выдержал и нахмурился. — Если бы мне просто требовалась женщина, я бы не потащился в деревню, чтобы подыскать себе кого-нибудь. И здесь, в замке, достаточно тех, кто не смог бы мне отказать, включая, между прочим, и вас. Что мне действительно было необходимо, так это совет, который мне могла дать только женщина, имеющая столь богатый и разнообразный опыт. И это единственная причина, побудившая меня разыскать Красную Альму, и совет — единственное, что я получил от нее. Даже тогда, когда произнесенное ею возбудило меня, я не остался, чтобы воспользоваться преимуществами ее профессии.

Но если бы я нашел вас, леди, выйдя из дама, вы, несомненно, убедились бы, что напрасно обвинили меня."

"Она не ошиблась в истинном значении его слов, и от этого яркий румянец вспыхнул на ее щеках. Она верила ему, не важно, умно или нет она поступала, но она хотела этого. Только вот она поняла, что вела себя как последняя дура, нападая на него со своими бестолковыми обвинениями. Она должна быть благодарна ему за то, что он окончательно не потерял терпение, стараясь убедить ее поверить его словам.

Однако он все еще хмурился, отчего и Рейна чувствовала себя ужасно.

— Не скажете… — Он” почувствовала, как пересохло ее горло, и, стараясь не смотреть ему в глаза, все-таки договорила:

— Не скажете ли вы, какой совет получили?

Он подошел к ней чуть ближе и произнес тихим, срывающимся голосом:

— Как доставить вам наслаждение, не причинив боли. Рейна вскинула голову, даже кончик ее носа горел от возмущения.

— Вы спросили ее об атом?!

— Да.