И только сердце знает

Забыв про сверкающее на солнце лезвие разрезающего воздух меча, она подскочила к ним с единственной мыслью — остановить сражение, что и сделала с силой, на которую только была способна, ударив Ланзо, отчего парень отлетел в сторону.

Она сразу же помогла Оулмеру подняться на ноги, убрав растрепанные кудри, скрывавшие глаза, н быстро осмотрела его. Убедившись, что у мальчика нет ни единой раны, Рейна облегченно вздохнула, однако она все еще была разгневана, и то, что он посмотрел на нее так, словно она была сумасшедшей, не отрезвило ее.

— Леди, зачем вы это сделали?

— Зачем?! — пронзительно воскликнула она.

 — Тебя же чуть не до смерти избили, а ты еще спрашиваешь — зачем?"

"Те из рыцарей, которые заметили Рейну и направились в ее сторону, чтобы выяснить, что произошло, поспешно возобновили упражнения, услышав ее гневный голос. Эрик, который попытался было помешать ей, когда увидел, что она бросилась вперед, не замечая опасности, отпрянул назад, не желая привлекать ее внимание. Одного лишь взгляда на Оубера было достаточно, чтобы они поняли, что дело их плохо. Однако, черт возьми, что же такое случилось?

И только один Оулмер догадался, что Рейна просто беспокоилась за него.

Конечно, в подобной ситуации это немало смутило его, однако не помешало мальчику наполниться теплотой, ибо он еще раз убедился, что действительно дорог своей госпоже.

Тихо, надеясь, что она порадуется за него, он сказал:

— Я буду оруженосцем, миледи!

Услышав гордость в его словах, Рейна сжалась: Господи, эта игра оказалась еще более жестокой, чем она предполагала.

— Кто сказал тебе это? Ланзо?

— Нет, он просто учил меня по приказу лорда Ранульфа.

Но Ланзо слишком мягок со мной. Я уже говорил ему, что так я никогда не научусь.

— Итак, он забил тебя до того, что ты упал на землю? — сказала она, однако слова прозвучали как-то отчужденно, автоматически, ибо голова ее вдруг сильно закружилась.

Оулмер же мечтательно улыбнулся, не заметив, как сильно — бледнела Рейна.

— В следующем месяце у меня уже будет получаться лучше.

— И ты этого хочешь? — Что за идиотский вопрос! Мальчик, который ни на что не годен из-за своей хромоты, получил шанс стать рыцарем! Конечно, он просто мечтал об этом.

 — Я не против, ибо вижу, что ты действительно желаешь этого. Но как это все случилось, Оулмер?

— А я думал, что вы знаете, леди. Просто лорд Ранульф спросил меня. Он сказал мне, что у некоторых рыцарей ранений столько, что их можно было бы назвать калеками, как и меня, но тем не менее они могут достойно сражаться с мечом в руке. Он сказал, что моя нога не должна останавливать меня, он даже собирался привезти мне из Лондона специальный ботинок, который поможет мне научиться держать равновесие.