Его Уязвимость

Наверное, мои глаза становятся размером с блюдца, и я внутренне содрогаюсь от импульсов, от животной тяги, что в нем чувствую и которую он мне сейчас демонстрирует, словно показывая каждому из присутствующих, что я его собственность.

Подобие защиты. Временной. Что со мной сделают, когда Кац уедет?!

Я одна.

А он ведет свою игру.

Мои же чувства к боссу выходят из-под контроля.

Сжимаю руки, не зная, куда себя, в принципе, деть."

"С каждой секундой едкий взгляд все сильнее сверлит затылок, прожигает и ощущение такое, что снайпер целится из винтовки, готовясь выпустить пулю.

Кому принадлежит этот взгляд?!

Что ждет меня после?!

Я ведь не смогу предать этого противоречивого мужчину. Не буду сливать информацию Петровичу и… есть еще Авдеев…

Андрей…

Его внимание. Мое бегство от мажора.

Чем мне ответит он, когда Димитрий уедет?

А что, если Кац и со мной поступит так же, как с той несчастной стервой, которую приговорил к жестокой расправе.

Бизнесмен привык к жесткости и сегодня, демонстрируя мою принадлежность и заставляя всех бояться взглянуть лишний раз на свою помощницу, он меня сильно подставляет, ведь завтра, когда его тень не будет заслонять меня, что сделают разозленные псы, спущенные с цепей страха?!

– Опять думаешь не о том, Катрин…

– Приближая меня, ты оказываешь медвежью услугу, – отвечаю, тяжело вздохнув.

– Ты будешь рядом. Ты заставишь всех исходить слюной. Ты многого не замечаешь, малышка. Твои огромные серые глазки соблазняют… Не осознаешь, какого зверя будишь…

Почти падаю, но сильная рука властно обхватила меня за талию и продолжает вжимать в литую грудь, сползает немного и останавливается на бедре.

– Думаю, с этим вечером покончено…

Димитрий, не прощаясь ни с кем, разворачивает меня в сторону выхода, принуждая молча идти рядом, чувствуя, как мужские пальцы даже сквозь одежду заставляют мою кожу полыхать.

Мы оказываемся в фойе.

И опять у меня предчувствие начинает фонить, адреналин разбавляет кровь и сердце бьется о ребра с тревогой.

Димитрия окликают, он останавливается, обернувшись, оставляет меня, делает шаг в сторону охранника, который начинает бегло изъясняться и жестикулировать.

Секьюрити приглушенно выдает четкую информацию. Кац сводит брови на переносице и в этот момент над моим ухом разносится хриплый голос:

– Ну, привет, Катерина Елецкая, – резко разворачиваюсь и встречаюсь с медовыми искрами, наполненными жгучими чувствами.

– Привет, Андрей.

Губы начинают дрожать. Я не готова к таким нервным перегрузкам.

Авдеев выглядит устрашающе и безумно сексуально. Окидывает меня многозначительным взглядом с головы до пят.

Я до вот этой секунды его не воспринимала серьезно.