Я твой монстр. Книга 2

Просто светилась, а я…

«Дерсенг тебя подери! Мисс Рид, давайте обойдемся без обмороков!» – Барб психовала, но все ее слова для меня были лишь фоном, раскатами отдаленного грома в моей личной трагедии, где я тупо подыхала.

Моей личной трагедии… моего личного конца света… моего падения…

«МИСС РИД!!!»

Орать полковник Тейн действительно умела, и я, вздрогнув, заставила себя перестать рассматривать ту, которой, в отличие от меня, повезло в этой жизни, посмотрела на Чи… и вдруг поняла, что мы разделили ее на двоих – эту боль.

Он узнал меня сразу.

С первого взгляда. Едва прошел в середину зала, к встречающей его министру Эвертан, и застыл, глядя на меня.

Он смотрел на меня все то время, что я рассматривала его невесту."

"И сейчас, когда наши глаза встретились… мир окончательно рухнул.

Мне казалось, я сумела собрать себя по осколкам, склеить свою оказавшуюся такой хрупкой психику, как склеивают разбившуюся хрустальную вазу… мне казалось, я вырвалась, перешагнула, прошла этот этап…

Я ошиблась.

Боль никуда не делась – она затаилась, спряталась, как змея под камнем, заползла в душу и просто ждала удобного момента, чтобы ударить, ударить с такой силой, что я онемела, не в силах произнести ни слова, не в силах пошевелиться, не в состоянии управлять своими чувствами, разумом, мыслями…

И казалось бы, сейчас, когда я отчетливо прочла в черных глазах Чи отголосок собственной боли, мне должно было бы стать легче, но не стало.

Лучше бы он был счастлив. Лучше бы он светился от счастья, как та, что держалась за его локоть. Лучше бы…

Но наша вселенная рушилась одновременно.

Моя, едва собранная по осколкам, и его, казалось бы монолитная, с невестой, высоким положением и прекрасными перспективами как в будущем, так уже и сейчас.

Он должен был быть счастлив, но я смотрю в его глаза и вижу то, что ощущаю сама, – безнадежность. Глухую, полную тоски и осознания, что лучше уже не станет, безнадежность.

Это и отрезвило.

Я не хотела, чтобы ему было больно. Все что угодно, любую боль я готова была выдержать сама, но он… Я не хотела, чтобы ему было больно.

И это был мой выбор – шаг от любви до ненависти сделала я.

И реальность начала накатывать волной, вспышками камер, словами министра Эвертан, которые я должна была переводить… Одна маленькая проблема – я онемела от боли.

Слова перевода, они застряли где-то в горле горьким комом, но отчаяние… Я познала слишком много его граней, чтобы не суметь справиться сейчас.

Бывало и хуже, Кей, бывало и хуже. Ты сильная, ты выдержишь.

Поклон, традиционный, яторийский, и я начинаю переводить тому, кто в переводе не нуждался… – Чи превосходно знал гаэрский. Но едва ли взглянув на министра, он глухо произнес на яторийском:

– Легко соблюдать этикет, когда сыт.