Идеальна для меня

— Не стала будить вас к завтраку, а уже ведь обед… Решила принести вам что-то на свой вкус, вдруг захотите перекусить? И вот, разбудила… — потупив взгляд на мое недоумение, она вдруг произнесла: — Я Барбара, ваш персональный повар. Босс должен был предупреждать вас на мой счет.

— Оу… — единственное, что удалось произнести, почесывая затылок. Трудно было сосредоточиться, когда твоя спальня напоминает цветочный бутик — каждый свободный участок был усеян вазами с розовыми пролесками. «Может Конрад устраивает что-то вроде рабочего вечера, и их больше негде разместить?» — появилась в голове самая рациональная мысль, и я готова была в нее поверить.

Звучала она более убедительно, чем то, что босс осознанно подарил их мне. Это выглядело бы, как настоящие человеческие ухаживания.

Пышная низкорослая женщина напоминала мне круглый шарик, ее короткие черные волосы были заплетены в тонкие косички, а губы украшал нюдовый блеск. На вид Барбаре было где-то около пятидесяти лет, но за счет яркого румянца и широко открытых зеленых глаз выглядела она необычайно свежо и молодо.

— Кажется, я что-то припоминаю… — нахмурившись, нехотя перебрала в памяти вчерашний день.

Уставшую до мозга костей, Конрад без труда затащил меня к себе в пентхаус, и что-то подсказывало мне, что выбраться отсюда теперь будет непростой задачей. Приветливо улыбнувшись напряженной Барбаре, я осторожно протянула: — А где мистер Шульц? Дома?

— Со вчерашнего дня на работе, мисс Браун.

— Пожалуйста, называйте меня Эмми, — взмолилась я, подскакивая с места прямо по направлению туда, откуда доносился чарующий аромат бекона, запеченного мяса и сливок. — Боже, это мясной бульон? Великолепно! Как же давно я не ела домашней еды…

В контракте между мной и «Шульц Индастрис» черным по белому значились в неделю два законных выходных, но за пять лет работы я воспользовалась ими лишь дважды — когда попала с аппендицитом в клинику и с острой болью в зубе.

И теперь, раз Конрад запер меня в этом «замке грез», я собиралась выжать из выделенного отдыха максимум доступных радостей.

Но веселье мое закончилось уже к обеду, когда объедаться надоело, а Надя отчаянно сбрасывала все мои звонки. Я хотела обсудить с ней вчерашние события и смерть нашей общей подруги, но та лишь к вечеру соизволила прислать мне пару строк: «Не звони сюда больше.

Похоронами займутся родители Натали. Так будет лучше для нас всех».

— Простите, — пока Барбара ставила напротив журнального столика зеленый чай с печеньем, я воспользовалась редкой возможность поговорить хоть с кем-то. — Конрад не давал о себе знать?

— Нет, Эмми, — она поджала губу, будто извиняясь за хозяина дома. — Он звонил и просил передать, что не вернется ночевать.