Идеальна для меня

Как вдруг дверь распахнулась. Краем глаза я увидела Барбару, идущую ко мне с телефоном в руке.

— Милая, — прошептала она вкрадчиво, присаживаясь ко мне и заглядывая в глаза. Ощущая себя жалкой и слабой, я отвернулась и поморщилась от омерзения. — Охрана решила, что камера зависла. Мистер Шульц беспокоится о твоей безопа…"

"Я не дала ей договорить, гортанно и громко рассмеявшись. Видимо, Барбару не на шутку испугала такая перемена настроения, и женщина испуганно отшатнулась.

— Конрад? Беспокоиться? Серьезно? — протянув руку, я жестом попросила женщину дать мне трубку и отчеканила по слогам: — Беспокойся о ком-то другом.

Благо, есть о ком.

А затем просто повесила трубку, не желая слышать его голос.

— Простите, Барбара, — прошептала я, возвращая ей сотовый. — Мне стыдно за свое поведение. Но не могли бы вы оставить меня одну? Прошу вас.

Женщина кивнула и, сделав пару шагов назад, вдруг обернулась:

— Чай?

Я лишь отрицательно покачала головой и проследила за тем, как женщина скрылась, тихо прикрыв за собой дверь. Мне искренне хотелось сказать ей спасибо за отсутствие осуждения в ее понимающих глазах.

А затем… Я снова впала в какую-то прострацию, выбивающую дух из тела, заставляющую бесцельно смотреть перед собой, сидя на полу. В этом был мой покой и умиротворение.

Завибрировал мобильный. Я вздрогнула от инородного шума, а затем поняла: это то, что принесла Барбара. С трудом поднявшись на ноги, я подошла к кровати и посмотрела на последнюю модель телефона компании «Шульц Индастрис». Стоил такой агрегат целое состояние и предполагался не для массовых продаж, а лишь собирался на заказ покупателя.

Конрад подписал себя по имени, будто был мне добрым другом.

Я хмыкнула от этой мысли, сбросив звонок. Затем с интересом залезла в «контакты» и заметила лишь несколько имен: Надя, Барбара, Стэфан, Конрад. Все. На этом жизнь моя будто заканчивалась. Телефон снова завибрировал в руках. И сколько бы раз я ни сбрасывала вызов, босс вновь и вновь повторял действия.

Наконец, я тяжко вздохнула и поднесла трубку к уху.

— Я дам тебе работу, если хочешь, — встревожено протянул он, импульсивно и быстро. Будто только и ждал, когда я сброшу звонок. — Ты ведь этого хотела?

— Я хотела свободы, — хмыкнула грустно и понуро.

— На улице гуляет убийца, Эмми, — рявкнул он. По звукам он вскочил с места и что-то с грохотом разбилось. — Ты можешь просто потерпеть пару дней? ПАРУ. ГРЕБАНЫХ. ДНЕЙ.

— Больше нет, Конрад, — закрыв глаза, я стерла слезу со щеки. Ужасная, разрушающая, прожигающая изнутри боль уничтожала меня заживо. — Ты не уважаешь меня. Для тебя я словно мусор. Я не могу тебе больше доверять. Поэтому либо ты отпускаешь меня прямо сейчас… Либо я сделаю что-то нехорошее.