Идеальна для меня

— Вам не следует выходить через центральный вход, — виновато поежившись, охранник нервно сглотнул, а затем указал рацией на стеклянные двери, за которым толпилась огромная куча народа. Нахмурившись, я старательно пригляделась и тут же задохнулась от ужаса — у каждого из них в руках были фотоаппараты. — Там папарацци, мистер. Мы можем не пускать их внутрь, но на улице мы безвластны.

Внимательно вглядываясь в темно-серые глаза Шульца, я пыталась хоть немного проникнуть в его планы и разгадать скрытые чувства. Но в тот конкретный момент, как и всегда ранее, босс напоминал мне робота со сложным часовым механизмом, принимающим важные решения холодно, взвешенно, расчетливо. Предугадывая будущее, расставляя все по своим местам.

— Десять человек, — наконец, звонкий голос разрезал пространство, заставляя капельку пота скользнуть по позвоночнику в ложбинку ягодиц. — Круг плотный. Джеймс на месте? — охранник неуверенно кивнул, подзывая кого-то по рации. — Машину подогнали?

Новый кивок, затем побелевший мужчина хрипло спросил:

— Вы уверены в том, что делаете, мистер? Они кажутся агрессивными…

Конрад прищурил глаза и посмотрел на бедолагу так, что тот поперхнулся и пошатнулся на месте. Босс умел делать это лучше всех на свете — уничтожать всех одной лишь своей взрывной энергетикой, заставляющей людей вокруг покорно склонять головы.

— Что за… — с ужасом я осматривала окруживших нас охранников в черных идентичных костюмах. Вооруженных, с микрокамерами в ушах и таким выражением лиц, будто они идут на войну. — Что происходит?

Конрад не ответил. Он нашел среди секьюрити одного с черными длинноватыми волосами, затянутыми в тугой жгут на темечке. Видимо, того самого Джеймса. Он казался главнее остальных, раздавал краткие приказы.

— Можно, — собранно постановил Шульц, будто давая своим цепным псам какую-то, ведомую лишь им одним команду.

Я вздрогнула от ужаса, ощущая себя в самом эпицентре взрыва. Топот множества мужских туфель прозвенел эхом в глухом пространстве. Шаги были точными, размеренными, тренированными. Будто чертова армия шла на задание в боевой точке.

— Я не хочу выходить туда… — активно мотая головой, я сделала пасс на пол, но Конрад держал меня крепче стальных оков. Внутри разыгралась самая настоящая паника, приближающиеся голоса, вспышки фотокамер и громкие выкрики заставляли снова и снова содрогаться. — Черт, Конрад! Это ужасная идея… И у меня ужасное предчувствие.

Он хмыкнул, поведя бровь.

— Теперь я знаю, как заставить тебя называть меня по имени, Эмми.

Я посмотрела на него в полном изумлении. «Неужели он шутит? В подобной ситуации?!» — взорвалось в голове полное непонимание.

— Чего хотят все эти люди? — голос дрожал, срывалась на истерику.