Идеальный мерзавец

Поэтому с графином, пиалой со льдом и водой Иордаке нашел приют за соседним столиком, где на троих посетителей тарелок было раза в три больше.

Под столами, обтираясь о ноги клиентов, шныряли раздобревшие коты. Хозяин иногда покрикивал на котов, официантов и телевизор, по которому шел футбол.

— Идем? — после медового десерта спросил Марк.

Я оглядела стол — мы не съели и половины.

— Эти люди ничего не знают про «Общество Чистых Тарелок», верно?

Марк впервые за вечер улыбнулся. Но улыбка вышла какой-то грустной.

Иордаке, предсказуемо, отпускать Марка сразу не захотел. Анисовое «Узо» в его графине уже закончилось, а коты кое-где уже окончательно обнаглели: запрыгнув на стулья, пытались стащить со стола все, что криво лежало.

"Нас отпустили только после чашек крепкого греческого кофе, сваренного в джезвах на раскаленном песке. Кофе был очень крепкий, густой, как нефть, и чуть кисловатый. Не сравнить со взбитым с молоком и сахаром «Фраппе».

Запив кофе прохладной водой с лимоном, мы снова вышли на набережную. Я поежилась от холода. День клонился к закату. Становилось ощутимо прохладней, и я пожалела, что не взяла куртку.

Мы пошли вдоль по улице и по направлению, я поняла, что мы идем в сторону моего дома.

Марк молчал.

Я не выдержала первой. Остановилась в круге света под фонарем и спросила:

— Что не так?

Марк угрюмо пинал камешки, выкатившиеся на дорогу с ухоженной клумбы.

— Я так не могу.

— Как «так»?

И тут из него как полилось:

— Вот так, по-человечески! Все чинно, благородно! Сначала ужин, а теперь домой повел! Черт возьми, Вера, да если бы ты знала, что я хочу с тобой сделать… Знаешь, что я чуть не сказал в магазине продавщице? — он потряс в воздухе пакетом с нижним бельем.

— Что же?

— Чтобы закрывала магазин к чертовой матери и убиралась. Она бы ушла, Вера! Это всего лишь вопрос денег, но, поверь, я бы заплатил за это, не моргнув глазом.

— Заплатил за что?

Марк отвернулся, глядя на море.

— Ответь мне, Марк. За что заплатил бы?

Он ответил, по-прежнему на меня не глядя:

— Заплатил бы, чтобы вернуться в примерочную. Там спустил бы твои джинсы до колен, заставил бы нагнуться над лавкой и взял бы прямо там… Я беру то, что хочу, и как хочу. И чаще всего только один раз. А с тобой не могу.

— Почему? Что со мной не так?

— С тобой все так, Вера, — вздохнул он. — Это со мной все не так. Это я отвык от нормальной жизни и человеческих отношений. Что это было там в таверне, Вера, знаешь?

— Просто ужин?

— Да черта с два, это было свидание! И если ты думаешь, что я проведу тебя до дома, поцелую в лоб и спокойно уйду, то ты ошибаешься! Хотя бы в том, что я, настоящий я, дал бы тебе просто так дойти до дома.

Я вскинула одну бровь.

— А что бы ты сделал? Да еще и на улице?

— А тут есть парк, Вера.