Инстинкт Бабы-Яги
С тех пор, как хозяйка Ивана Подушкина – бизнесвумен Элеонора – возомнила себя великой сыщицей, он потерял покой. А теперь еще Нора приобрела лицензию на сыскную деятельность и дает объявления в газетах… Первая клиентка не заставила себя долго ждать. Алена Шергина уверена, что на ее жизнь не единожды покушались. Она даже знает имя виновного – Марина Райкова. Нора советует Алене на время уехать из города, и та решает отсидеться на даче. Но по дороге Шергина трагически погибает. Элеонора посылает Ваню поговорить с Мариной, и после этого визита Райкова кончает жизнь самоубийством. Очевидно, от угрызений совести… Но Нора уверена: Алену и Марину убила одна и та же рука. А вот чтобы поймать убийцу за руку, попыхтеть придется Ивану Подушкину…
Ведь «невестушка» все дни проводит у плиты, готовя всевозможные вкусности. Да уж, у лжи короткие ноги. Не успела Альбина соврать про свои кулинарные подвиги, как понадобился кухонный нож, и вот теперь оказывается, что страстная повариха не в курсе, где хранится утварь.
Наконец необходимый предмет был найден. Альбина развернула сыр и поманила меня пальцем:
– Помоги мне.
Я приблизился, она призывно улыбнулась и, спрятав руку с куском «Эдама» за спину, шепнула:
– Не дам, отними!
В ту же секунду раздался громкий голос Миранды:
– А чё это вы тут так долго делаете? Сыр едите, мне тоже хочется!
Альбина позеленела, шмякнула ни в чем не повинный «Эдам» на доску и прошипела:
– На, режь тогда сама.
Девочка схватила нож и приступила к процедуре.
– Ваня, – пришла в себя Альбина, – пусть ребенок забавляется, пойдем потанцуем.
– А-а-а, – завопила в диапазоне ультразвука Миранда, – я порезалась!
Я подбежал к ней. Действительно, на указательном пальце девочки видна была тонкая ранка, больше напоминающая царапину.
– О-о-о! – выла Миранда.
– Прекрати, – вскипела Альбина, – это же сущая ерунда.
– Какая вы жестокая! – завопила девочка.
Альбина покраснела, в ее задачу входило произвести на меня наилучшее впечатление, поэтому она мгновенно перестроилась и принялась изображать из себя добрую самаритянку.
– Конечно, ерунда, не плачь, сейчас помажем йодом и забудем.
– Йодом нельзя!
– Не бойся!
– Нельзя! У меня на него аллергия, – капризничала Миранда, не забывая размазывать по лицу сопли, – несите зеленку, если нету, придется дяде Ване в аптеку идти.
Запас Альбининой доброты пришел к концу.
– Есть бриллиантовая зелень, – рявкнула она, – в аптечке, в ванной.
Мы перебрались дальше по коридору. Пока хозяйка рылась в шкафчике с зеркальной дверцей, Миранда с любопытством рассматривала все бутылочки, стоящие на стеклянных полочках.
– Это че? – ткнула она пальцем в одну из них.
– Дезодорант, – обернулась Альбина.
– Ваш?
– Да, давай твой палец.
– Сама хочу, – занудила Миранда, – а почему он без спрея?
– Это новое средство, – пояснила Альбина, – дезодорант-лосьон, ему не нужен дозатор. Следует налить жидкость на ладонь и нанести, размазывая, на нужные места.
– Клево, – бормотнула девочка, – не встречала такой.
– Он в Москве пока не продается, – ответила хозяйка, – мне из-за границы привезли. Долго нам тут еще стоять, а? Давай мажь ранку.
– Выйдите, стесняюсь вас, – заявила Миранда.
Альбина с плохо скрываемой радостью поволокла меня в гостиную, взяла с маленького столика бутылку коньяка и предложила:
– Налью тебе капельку.
– Нет-нет, и так выпил зря шампанское, я ведь за рулем.











