Итальянец с дурной репутацией

Белла почувствовала запах кофе и теплых круассанов и открыла глаза. Возле кровати стоял Габриель и держал в руках поднос с завтраком. Он был полностью одет, хотя волосы все еще оставались влажными после душа. Значит, он уже давно на ногах.

— Ах, завтрак в постель, Габриель? — Белла села, опершись на подушки. Вечером, когда они расстались, она решила прибегнуть к иной тактике. Отныне нападение станет лучшей формой защиты!

— Считается, что новообращенный супруг должен баловать свою молодую жену. — Он опустил поднос к ней на колени и отступил.

— Мне еще никто и никогда не приносил завтрак в постель, — смущенно проговорила Белла. Она не знала, куда глаза деть, и поэтому предалась созерцанию чашки с кофе, разогретых круассанов и соблазнительной баночки с маслом.

— Чуть позже мы уезжаем, поэтому я решил накормить тебя заранее…

— Уезжаем?! — вскричала Белла, мгновенно забыв о завтраке. — То есть возвращаемся в Англию?

— То есть возвращаемся в Англию, — бесцветным тоном подтвердил он.

Слова Габриеля прозвучали для Беллы как гром среди ясного неба. В растерянности она смотрела, как он вытаскивает из шкафа вещи, видимо готовясь к отъезду.

Итак, Габриель решил, что им следует уехать. Через два дня после приезда!

Она недоуменно спросила:

— Как-то очень неожиданно, правда?"

"И что подумают родственники, узнав об их скоропалительном возвращении? Особенно Тоби?

Тень сомнения промелькнула в глазах Беллы. Габриель заметил не только это, но и следы подавленности и усталости на ее лице, скорбный изгиб губ.

Габриель испытывал ту же подавленность. Однако он считал, что причины для переживаний у них разные!

Он тяжело вздохнул:

— Ты здесь несчастна, Изабелла.

— И ты тоже! — воскликнула она.

— Речь сейчас не обо мне, — возразил он.

— Вот именно, как обычно! — не сдавалась Белла. — А почему, Габриель? Почему ты никогда не можешь дать мне прямой ответ на прямой вопрос?

Он метнул на нее недовольный взгляд и холодно заявил:

— Наверное, потому, что на твои вопросы нет прямых ответов.

Она передернулась от негодования.

— Ты снова за свое!

Габриель не стал с ней спорить. Он не имел права посвящать ее в свои страхи. Зачем ей было знать, что он вынужден увезти ее с острова. Он боялся, что рано или поздно не совладает с собой и это приведет к новой беременности Беллы.

— Если ты хочешь избежать лишних расспросов родственников, предлагаю тебе сразу отправиться в свой коттедж. Они даже не узнают, что мы вернулись.

Белла озадаченно поинтересовалась:

— Какая разница, где мы проведем еще пять дней: на острове или в моем коттедже?

Габриель вяло улыбнулся:

— Ты поедешь в свой коттедж, но без меня.

Ее лицо лишилось всякого выражения.

— А-а, понимаю.

— Правда? — мрачно осведомился Габриель.