Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Я повернулась и посмотрела на нее. Собранная, будто готовилась к этому разговору всю жизнь, она взяла стойку. От нее точно не дождешься лишних слов и проявления эмоций, все будет быстро, по делу и размежет меня до лепешки.

- Не хочу. – Брови мамы поползли вверх, прямо к прическе. Я улыбнулась, почувствовав свое превосходство, и добавила тверже: - Мамочка, я не хочу знать твое мнение. Спасибо, что поинтересовалась. Кеша, держи меня в курсе. Если я не отвечаю на звонки, значит занята и наберу тебя позже. Поцелуй от меня Тому, не хочу ее будить.

С этими словами я наконец разорвала длинную висевшую на шее цепь с огромной гирей на конце.

Нет больше ни ответственности, ни ожиданий, ни чужих проблем.

Есть только пустота, за которой начинается свобода.

Глава 31

Это был день звонков.

Рабочих, личных, всяких."

"Я говорила с Томой, она все так же слаба и много спит. Говорила с Кешей, он не поверил, что его великая любовь способна заказать доставку еды, но обещал во всем разобраться. Говорила с мамой, о погоде, о работе и ни о чем личном. Говорила с отцом, о ремонте в клинике и обустройстве детского крыла. Говорила с бабушкой о Никите, потому что с Никитой говорить отказывалась.

Говорила со свекром. Точнее слушала, пока он прощупывал почву и узнавал, как у нас с Савранским дела. Под конец старый говнюк выдал какую-то цитату из крестного отца, на тему того, что нет ничего важнее семьи.

Когда вы мафия и не один труп вместе закопали, то да. Так вы сможете не свидетельствовать друг против друга. В нашем случае его аргументы работали слабо.

Все это так вымотало меня, что вернувшись домой, я тупо завалилась спать и заснула, когда часы показывали половину восьмого.

Проснулась ожидаемо рано.

Так рано, что по моим меркам за окном была еще ночь. Я долго крутилась в кровати, думала, может получится урвать у сна еще часок, но потом сдалась.

Кто рано встает, тому Бог дает. Отбирает у тех, кто не ложился вовсе и дает таким вот как я – ранним.

Сначала я вела себя так, будто меня Золушка покусала. Выкинула из тамбура лишнюю обувь, помыла вчерашнюю посуду, поменяла постельное белье. Стрелка часов дошла до пяти утра. Выругалась, пошла в душ, высушила и уложила волосы, накрасилась, надела джинсы. Те предательски сползли с талии на бедра.

Странно. Фокус повторился еще с двумя парами брюк, и только тогда я убедилась, что одежда стала мне большой!

Не веря в такое чудо, я залезла в самые глубины гардероба и выудила оттуда платье по фигуре. Простое, на пуговицах, с рубашечным воротником и тонким кожаным поясом. Я не выкинула его, когда поправилась, только потому, что мне очень нравился и шел этот изумрудно зеленый оттенок ткани.

Из-за платья пришлось отказаться от любимых кроссовок и надеть высокие сапоги, а вместо куртки достать пальто.