Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Я присела на пол, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, чтобы мы смогли говорить как равные.

- Томка, - прошептала я и вытерла рукой прозрачные сопли у нее под носом.

- Ты выгоняешь папу? – она прошептала это неверяще, с ужасом.

- Нет, что ты, - я хотела прижать дочь к себе, но та не далась. Она ежиком скрутилась вокруг себя и выставила вперед колючки, так что даже погладить ее стало невозможно."

"Я тяжело вздохнула. Честно, к такому разговору нельзя быть готовым заранее. А если он случается вот так, обрушивается как снег посреди лета, то ты вообще не понимаешь, что происходит и говоришь все неправильно, невпопад.

- Папа просто переедет в другую квартиру, милая. Он же очень много времени проводит на работе, а потом еще час едет домой, а так он отдохнет и выспится. Но на выходных папа будет с тобой и может даже по вечерам, если у него получится.

- Почему мы не переедем с ним? – Дочь исподлобья смотрела на меня.

Да потому что нас никто не звал! Потому что шведские семьи в нашем государстве все еще блуд! Потому что у меня есть хоть капля гордости! Сотня мыслей в моей голове, еще больше аргументов и упреков к мужу, но Томе все это знать не нужно.

- Возможно, позже и мы с тобой переедем. А пока, тут так уютно и у тебя такая красивая детская. Не хочется из нее уезжать, правда?

Тома всхлипывает, трясет головой, будто бы соглашается, но потом она видит то, что я забыла спрятать. Самую большую улику и самое прямое доказательство моей вины. Ортопедическую подушку. Ко всему прочему, у Савранского сколиоз и спать он мог только на определенном матрасе, только на определенной подушке, которую мы всегда брали с собой. В Турцию, на дежурство, на Новый Год к родителям.

Сейчас я сняла с подушки наволочку, завернула в прозрачный пакет и положила рядом с чемоданом.

- Он и спать будет не дома?! – закричала Тома.

- Милая, пока что он поживет не с нами. А значит, что спать он будет тоже не здесь. Но вы можете болтать по телефону и опять таки… выходные…

- Мам, хватит, - Никита оборвал мои жалкие попытки оправдаться. Савранский действительно много работал. Как выяснилось сейчас, не только в больнице, но и в спальне своей Женечки. Не суть. Главное, что у мужа почти никогда не было на нас времени, и даже в лучший период он не проводил выходные с дочкой. Сейчас же это звучало совсем абсурдно. Не будет никакого «воскресного» папы. Максимум, что ждет Тому, это «папа-смс», которое он напишет раз в неделю. И то, если напомню я.

Тома внимательно смотрела мне в лицо. Секунды текли медленно, как будто кто-то нажал этот фильм на паузу и все мы замерли в одной позе. Я видела, как ее глаза наполняются слезами. Как рот некрасиво кривит в подкатывающей истерике, как дрожит подбородок, и слюна паутинкой натянулась меж белых зубов.

- Ты врешь! – Закричала Тома.