Личные мотивы

* * *Екатерина Крамарева, тридцати семи лет от роду, взяла на кухне большой поднос, поставила на сервировочный столик и сердито оглядела приготовленное угощенье. Чай, кофе, вода, сок, пирожные, корзинка с тостами, тарелки с малосоленой рыбой и нежирной бужениной, вазочка с икрой. Все как обычно. И, как обычно, подавать это особым гостям Максима придется именно ей.

Она попросила повариху довезти столик до крыльца гостевого домика, та помогла поднять столик по ступенькам, открыла перед Катей дверь во флигель и молча отступила. Все в доме знали, что когда приезжают «эти двое», то хозяин ведет их в жилище ученого и никому не разрешает туда приходить, кроме жены.

Наверное, этот ученый, Славомир Ильич, ужасно секретный."

"Так имела право думать прислуга, но Катерину эта секретность невероятно раздражала. И что еще за секреты такие, что нельзя никому, кроме нее, угощенье подать? Что это за таинственные заседания? И что это за парочка пожилых людей, которых муж водит в домик к Славомиру Ильичу Гашину и с которыми за закрытыми дверьми обсуждаются какие-то мировые проблемы? Максим ничего не рассказывает, и это бесит Катерину больше всего.

Никогда прежде у него не было от нее тайн. Нет, она с пониманием относится к тому, что Крамарев покупает новейшую разработку, выполненную под руководством Гашина, и к тому, что итоговые научные документы Гашин дорабатывает именно здесь, где Максим создает ему всяческие условия и обеспечивает охрану от недобросовестных конкурентов, но всему же есть пределы, в конце-то концов! Кто эти пожилые люди? Тоже ученые? Маркетологи? Фармацевты? Зачем они приезжают? Какие такие проблемы обсуждают с ними Крамарев и Гашин? И почему Катерине нельзя об этом знать? Она что, шпионка?

Осторожность мужа переходит всякие границы.

Не так давно у четырнадцатилетней дочери Крамаревых Алины возникли проблемы с задачами по химии, и Катя ничтоже сумняшеся, столкнувшись с Гашиным, попросила его помочь девочке разобраться. Он же химик, для него это раз плюнуть, дело пяти минут. Гашин сказал, что сейчас очень занят, и обещал помочь Алине попозже, вечером. Однако вечером приехал Максим и прямо с порога, даже не раздевшись, принялся гневно выговаривать жене за то, что та посмела побеспокоить его ученого гостя с такой ерундой. Гашина трогать нельзя, с разговорами к нему приставать нельзя вообще ни с какими, и уж тем более нельзя ни о чем его просить. Боже мой, Крамарев кричал так, что казалось, стекла из окон повылетают. Катя тогда здорово на него обиделась. Но еще больше она обиделась на самого Гашина, который, как она поняла, позвонил Максиму и пожаловался на нее. Тоже еще, великий ученый, а на деле оказался мелочным жлобом, который носится со своим величием как с писаной торбой.