Хобби гадкого утенка

– Ну уж и напридумывали, – подначила я бабу, – наговорили на честную женщину!

Анна Касьяновна побагровела.

– Вот и нет, святая правда!

– Все равно верится с трудом, Беллочка обожала мужа.

– Да ежели хотите знать, ее любовничек – писатель был, книжечки выпускал, – азартно выкрикнула кастелянша.

– И это придумали!

– Правду говорю!

– Откуда вы знаете? – презрительно фыркнула я, чувствуя, как сильно начинает колотиться сердце.

– Когда Беллочка умерла, – немедленно сообщила Анна Касьяновна, – супруг прибыл и давай сухие глаза платком промокать.

Потом прошел в корпус, сел у директора в кабинете и деловито спросил:

– Номер она оплатила или должна осталась?

– Все в порядке, не волнуйтесь, – успокоила его Королькова и велела Анне Касьяновне: – Анюта, собери вещи Марковой.

Но муж замахал руками:

– Ни в коем случае, тряпки не возьму, боюсь, не смогу на них даже взглянуть!

Анна Касьяновна отправилась убирать коттедж. Минут через пятнадцать туда без стука ворвался шофер безутешного вдовца и командным голосом возвестил:

– Драгоценности где?

– Какие? – испугалась кастелянша, складывавшая вещи в элегантную дорожную сумку «Самсонит».

– Такие, – передразнил грубиян, – кольца, серьги… Смотри, коли сперла, мало не покажется!

Никогда еще в жизни Анну Касьяновну так не оскорбляли, с каменным лицом женщина ответила:

– Посмотрите на тумбочке у кровати, если было золото, оно скорей всего там!

– Было оно, не сомневайся, – гаркнул водитель и прошел в спальню.

Через пару минут, держа в руках небольшую коробочку, он вновь возник перед кастеляншей.

– Подождите, – попросила женщина.

– Чего надо? – насторожился грубиян.

– Вещи заберите, я чужим не пользуюсь.

– Это говно хозяину без надобности, – хрюкнул парень и ушел.

– Ну и при чем тут любовник-писатель? – вздохнула я.

– Платья нам с Верочкой не подошли, узкие слишком, отдали их Леночке Ковригиной, уборщице из большого корпуса. Себе только косметику оставили да книги. Их там несколько штук было, хорошие, вон, гляньте, на полочке…"

"Я подошла к стене, отодвинула стекло. Шекспир «Двенадцатая ночь», Борис Пастернак «Стихи», «Поэзия серебряного века» и «Разговор со стальной крысой». Последнее произведение удивило, оно как-то выбивалось из общего строя остальной литературы. Дешевое бумажное издание, так называемый покет. Книжонка, предназначенная для чтения в метро, да она и стоит чуть дороже газеты, рублей десять, не больше!

– Берите вон ту, про крысу, – велела кастелянша.

Я послушно вытащила книгу. Обложку украшал яркий рисунок какой-то неизвестной планеты. Темно-синее солнце освещало мрачный пейзаж в бордовых тонах.