Хозяйка проклятого острова

Никто доподлинно не знал, как он это делает, но в одном все слухи сходились: у принца есть особая сила. Темная. Страшная. И лучше у этой силы не вставать на пути.

Осознав, что выбора нет, девушка тихо призналась:

– Да, это я принесла пирожки госпоже Диане.

И умоляюще сложив руки, добавила со слезами в голосе:

– Но, клянусь, я не знала, что они отравлены.

– И даже не догадывалась? – язвительно бросил Ормонд.

– Простите, простите, господин ле Блесс! – служанка сползла со стула, упала на колени и попыталась обнять его ноги.

– Катрина, успокойся. Сядь!

Ормонд уже жалел, что не сдержался. Сначала нужно вытянуть из нее все, что знает. Эмоции потом.

Он с трудом поднял ее и усадил обратно на стул. Девушка отчаянно всхлипывала. Пришлось снова заставить ее глотнуть рома, чтобы успокоилась.

На этот раз ей понадобилось больше времени, чтобы взять себя в руки. Но затем на лице Катрины появилась мрачная решительность.

– Я догадывалась, что в пирожках яд, господин ле Блесс, или не яд, но что-то нехорошее. Когда миледи узнала, что госпожу Диану избили в трактире, она очень обрадовалась. Я давно ее такой счастливой не видела. Но потом Норден доложил, что его высочество ходил к вам в дом, куда вы забрали госпожу Диану. И герцогиня страшно разозлилась. Она была вне себя от злости. Швырялась вещами, кричала, побила слуг. А несколько дней спустя приказала мне отнести в ваш дом корзинку с пирожками и передать госпоже Диане.

– Где она их взяла? На замковой кухне?

Ормонд хорошо помнил: во время допроса повар Лабард-и-Нара божился, что в меню вот уже две недели не было пирожков.

– Нет, господин интендант, – Катрина покаянно опустила голову. – Их принес Норден. Наверное, купил на рынке или у кого-то из женщин в деревне.

– Ясно. И что было дальше?

– Миледи приказала отнести их госпоже Диане. Но так, чтобы никто меня не узнал. Приказала закутаться в плащ с капюшоном.

– Ты не удивилась такому странному приказу?

– Удивилась. Но миледи сказала, что если госпожа Диана узнает, от кого подарок, то не возьмет.

– И ты поверила?

– Миледи выглядела очень расстроенной тем, что случилось с госпожой Дианой… – всхлипнула Катрина. – Уже потом я вспомнила, как она злилась… И подумала, что с пирожками что-то не чисто.

– Но все-таки отнесла.

Катрина разрыдалась, стуча зубами о стакан с остатками рома.

Ормонду стоило немалых усилий сохранить спокойное выражение на лице. Нужно было дослушать этот рассказ. Хотя руки сжимались от желания впиться в шею служанки и доделать то, что не успел Норден. Потому что он не верил в ее раскаяние ни на грош.

– Простите меня, господин ле Блесс, но я не могла отказаться. Мне пришлось исполнить приказ госпожи герцогини. Я слишком ее боюсь.

До рассвета было еще далеко.