Хозяйка пролива Боншон

Не будет раздражать жён, они не выносят красивых прислужниц, – женщина протянула монеты старику, меня отвязали от помоста и охранники проводила нас до паланкина.

Устроившись внутри, женщина выглянула наружу, отодвинув практически невесомые занавески, внимательно меня осмотрела, затем уточнила:

– Ты умеешь читать и писать?

– Я не помню…

– Так разве бывает? – она заинтересованно вскинула чётко очерченную бровь.

– Меня ранили сильно. Ничего не помню.

– “Повезло” мне с тобой, – устало сказала она, – ладно, отлежишься пару дней, я попрошу лекаря осмотреть тебя и сможешь приступить к работе.

Не бойся, ничего сложного. Будешь прислуживать жёнам моего господина. Забирайся ко мне, садись у ног.

Она откинулась на подушки, давая понять, что разговор окончен. Я послушно залезла внутрь паланкина и, как собачка, пристроилась у ног незнакомки. Тут дело даже не в гордости, а в том, что голова за весь день на солнцепёке раскалывалась и вот-вот готова была лопнуть, как перезрелая тыква. Потому отказываться от предложения женщины даже не подумала.

Вскоре мы подъехали к большому дому вход в который шёл через роскошный тенистый сад с фонтаном в центре.

Витражные окна, затейливая лепнина, хозяин такого великолепия явно не бедствовал.

Меня проводили через роскошный зал в помещения намного скромнее, наверное, здесь жили слуги.

– Меня зовут госпожа Джанна, – женщина проводила меня до комнаты, – сейчас тебе принесут воды, помойся, а то от тебя смердит, как от матросни.

– Хорошо, Джанна.

– Госпожа Джанна, запомни, – она сурово глянула на меня и вышла из комнаты.

Скоро мне принесли небольшую лохань и тёплой воды, я, как смогла отмылась от корабельной грязи.

Вымыла осторожно волосы. Мои тряпки одна из девушек сгребла и унесла, брезгливо сморщив хорошенький носик. Взамен мне дали длинное платье, прямого кроя и платок. Последнему я обрадовалась, прикрою свою страшную плешь.

Одевшись, присела на кровать, а потом и вовсе прилегла на бок и не заметила, как заснула. Разбудило меня тихое покашливание:

– Госпожа Джанна велела осмотреть тебя – голос принадлежал мужчине лет пятидесяти, невысокому и худощавому, тонкая бородка, напоминавшая козлиную, спускалась на его грудь.

Я села, сонно потирая глаза.

– Что тебя беспокоит? – подошёл ко мне врач.

Молча стянула платок с головы.

– Святые целители! – всплеснул руками лекарь. – Какой живодёр так обошёлся с тобой?

– Корабельный лекарь.

– Мясник, одно слово. Ничего, я сейчас принесу инструмент, кожа не затянулась, всё ещё можно исправить.

Он вышел, а я сжалась от ужаса. Опять эта пытка. Больше мне такой боли не вынести!

Лекарь вернулся с кожаной сумкой.

– Не бойся, больно не будет, – заметил он мой страх, – я не мясник.