Хроники Заводной Птицы

Какая чушь в голову лезет!

18. «Примерочная» Замена

Мускатный Орех ничего не знала о женщинах, которые к ней приходили. Они о себе не рассказывали, а сама она не спрашивала. Имена, которыми женщины назывались, совершенно очевидно были вымышленными. Однако вокруг них витала особая аура – смесь денег и власти. Они совершенно этого не показывали, но по одежде и манере одеваться Мускатный Орех сразу могла сказать, к каким слоям общества они принадлежат.

Мускатный Орех арендовала помещение в офисном здании на Акасаке. Большинство клиентов сверхчувствительно относились к своей частной жизни, поэтому место и само здание она старалась выбрать как можно неприметнее.

После долгих размышлений решили устроить в снятом помещении ателье мод. Раньше Мускатный Орех была модельером, и никто ничего не заподозрил бы в том, что к ней наведывается много заказчиц. Тем более что всем посетительницам было от тридцати до пятидесяти, а это возраст, в котором женщины шьют себе наряды у дорогих портных. Мускатный Орех развесила в ателье образцы одежды, разложила эскизы, выкройки, журналы мод, завела портновский инструмент, столы и манекены и для пущей убедительности даже кое-что скроила. В другой, небольшой комнате устроили примерочную. Посетительниц провожали туда, и Мускатный Орех устраивала им там «примерки».

Список клиентов вела жена владельца одного крупного универмага. Особа довольно известная, она отбирала клиентуру с повышенной осторожностью. В этот узкий круг могли войти только надежные люди. Такой «клуб», члены которого проходили тщательный отбор, был нужен, чтобы исключить возможность скандала.

Иначе сразу бы поползли слухи, начались разговоры. Женщин, ставших членами «клуба», строго предупреждали, чтобы они ни в коем случае не рассказывали о «примерках» непосвященным. Избранные умели держать язык за зубами, да и знали, что стоит нарушить обещание, как их тут же исключат из «клуба» навсегда.

Время посетительницам назначали заранее, по телефону, и в условленный час они являлись «на примерку». Конфиденциальность гарантировалась на сто процентов – клиентки никогда не встречались друг с другом.

Вознаграждение вносили на месте, наличными. Его сумма, которую определяла жена владельца универмага, оказывалась гораздо выше, чем могла представить Мускатный Орех. Но несмотря на это, раз побывав у нее «на примерке», женщины обязательно звонили и снова записывались. Все без исключения. «Да не беспокойтесь вы о деньгах, – сказала в самом начале Мускатному Ореху ее компаньонка. – Чем больше они будут платить, тем спокойнее будут себя чувствовать».